Регистрация
Вход

Геополитический излом истории. Хроники геополитических сражений

Автор публикации: Ивашов Леонид Григорьевич
Дата публикации: 2017
Вид издания: Книга
Тема публикации: Прикладная геополитика (война и мир)
Регион: Гео

Аннотация

Рушится однополярный «Pax Americana», основанный на гегемонии США, которые так и не смогли обеспечить стабильность и безопасность на Земле. Планета на пороге радикального пересмотра принципов глобального мироустройства. В борьбе за будущее схлестнулись не на жизнь, а на смерть великие державы Запада и Востока, финансовый олигархат, глобальные теневые структуры и военные блоки. 
В войнах нового типа фронты пролегли не по обрывистым берегам рек и не по укрепрайонам, а по культурно-цивилизационным разломам. В этих условиях характер и масштабы угроз для России выше, чем когда-либо со времен окончания Второй мировой войны. Противостояние в Арктике, угрозы с Востока, хаос на Юге, напор радикального ислама в Средней Азии и на Кавказе. Украинский кризис – лишь малая часть этой геополитической борьбы. Битва идет не за Украину, а за Россию, за Русский мир. В этой борьбе США пойдут на все, чтобы не дать возродиться России. 
Но Америка «заканчивается», равно, как и вся западная цивилизация. И это закономерность, а не случайность. Она достигла своего пика, разрушила мироустойчивость  и катится вниз. Наравне с кризисом экономическим и кризисом государственности, на Западе царит полнейшая деградация в духовно-нравственной сфере. На фоне этого у России сегодня есть шанс стать лидером мира в системе духовно-нравственных ценностей, на поле справедливости и международно-правовых отношений. Наша страна обладает огромным геополитическим потенциалом – у нас имеются огромные пространства, богатейшие ресурсы, возможность соединять Запад с Востоком. Народы мира с надеждой смотрят на нас. Именно поэтому будущее за Россией!

Текст

Но у Лондона была своя логика, он вынашивал свои расчеты. Английская разведка не могла не знать о плане «Вайс». Будучи гарантом независимости Польши, в случае нападения на нее Гитлера Британия должна была вступить в войну с Германией (что и сделала 3 сентября 1939 г.). Можно предположить, что английское правительство сознательно отдавало Гитлеру польскую территорию для последующего нападения последнего на СССР, а само надеялось отсидеться в состоянии не фактической, а юридической, получившей позднее определение «странной», войны. Не исключаю, что британские политики надеялись на мощное сопротивление Красной Армии в приграничных сражениях с немцами, что связало бы руки Гитлеру, и ему было бы не до войны с Англией.

Не были в стороне от предвоенных европейских событий и Соединенные Штаты Америки. Имея хороший опыт подключения к Первой мировой войне, когда американская бизнес-элита хорошо заработала на поставках воюющим армиям, а политическая элита активно включилась в дележ европейского и российского пространства и ресурсов, США действовали соответственно и в преддверии новой мировой войны. Вскармливали Гитлера, помогали Британии, участвовали в становлении промышленности СССР. Кроме того, война была прекрасным средством ослабления традиционных европейских конкурентов. Так что, США деятельно ожидали начала великой драмы, рассчитывая поставить под контроль Европу, прежде всего, Британию с ее колониями, Японию и ослабленную войной Россию. Мировая война давала им возможность не только хорошо заработать, но и стать мировой империей, «жезлом» (или дубинкой?) англо-саксонской цивилизации.

Словом, в августе 1939 г. случилось то, что случилось. Последний шанс укротить аппетиты Гитлера был упущен. В противостоянии двух геополитических устремлений западной политики – на безопасность и на агрессию – победила агрессия.

В этой ситуации у советского руководства выбора не осталось. Оно должно было срочно искать средства к тому, чтобы если не навсегда устранить, то, по крайней мере, отодвинуть угрозу германского удара.

Договор о ненападении между Германией и СССР

Именно так назывался документ, подписанный в Москве 23 августа 1939 г. и ныне повсеместно именуемый пактом Молотова – Риббентропа. Российские либерал-демократы и западные политологи пытаются выдать его за первопричину нападения Гитлера на Польшу и развязывание тем самым Второй мировой войны. Но так ли это?

Во-первых, СССР пошел на подписание договора лишь после отказа делегаций Англии и Франции заключить с Советским Союзом соглашение о совместном противодействии гитлеровским устремлениям. В этой ситуации Кремль не без оснований опасался, что Лондон и Париж, имея военные соглашения с Берлином, могут пойти на вариант сговора, аналогичный Мюнхену, но уже в отношении СССР.

Во-вторых, никакой прямой связи между пактом Молотова – Риббентропа и решением Гитлера напасть на Польшу нет. Фюрер пописал план войны с Польшей 3 апреля 1939 г., а 28 апреля того же года Германия аннулировала германо-польский договор о ненападении и дружбе. То есть решение об оккупации Польши и, к слову, подготовке плацдарма для удара по СССР было принято в Берлине за несколько месяцев до 23 августа.

В-третьих, в сложившихся условиях неизбежности большой войны СССР был вынужден принять меры для создания пограничного предполья и отодвинуть границы на Запад. В 1939 г. Минск отстоял от границы всего на 35 км, Ленинград – на 32 км. Не забудем, что в 30-е годы в Европе границы перекраивались не раз: взять тот же аншлюс Австрии, растаскивание Чехословакии Германией, Польшей и Венгрией вследствие мюнхенского сговора, и тогда ни Лондон, ни Париж возражений не высказывали.

Н. Чемберлен, выступая после Мюнхена в палате общин, обыденно заявил: «…Мы просто являемся свидетелями пересмотра границ, установленных Версальским договором. Не знаю, найдутся ли люди, которые думают, что границы будут постоянно оставаться прежними?». Так что не СССР был пионером в изменении границ, и не договор от 23 августа стал прологом мировой войны.

И.В. Сталин еще 1 марта 1936 г., отвечая на вопрос председателя американского газетного объединения Роя Говарда, заявил: «Я не знаю, какие именно границы может приспособить для своих целей Германия (нападения на СССР. – Л.И.), но думаю, что охотники дать ей границу «в кредит» могут найтись» 1. Глубокомысленое предвидение вождя.

Вынужденно подписывая договор о ненападении 1939 г. и секретный протокол к нему, правительство СССР не ставило своей целью аннексировать или ликвидировать ряд восточноевропейских стран. Его целью было отсрочить момент нападения гитлеровской Германии, не допустить возможности объединения стран Западной Европы для агрессии против СССР, сздать зону военной безопасности (предполье) и установить предел германской экспансии на Восток.

«Дранг нах остен» продолжается

Сегодня отстраивая общий дом, ЕС и евроэлиты сталкиваются с серьезными разногласиями, различными подходами и историческими обидами. В том числе по поводу причин, хода и итогов Второй мировой войны. Ощутив потребность в некоей универсальной формуле трактовки проблем той войны, устраивающей все страны, которые входят в НАТО и ЕС, они пришли к концепции «двух тоталитаризмов». Последняя гласит: главными виновниками войны являются фашистская Германия (просто Германия вроде бы ни причем) и коммунистическая Россия.

Далее все выглядит довольно просто. Сталин и Гитлер поделили «несчастную» Европу между собой пактом Молотова – Риббентропа, ну, а потом схватились между собой. Фюрер к тому же едва успел упредить советского вождя, нанеся удар первым.

В результате все, кроме Москвы и Берлина, – жертвы. А поскольку фашистская Германия была разгромлена (причем не столько Красной Армией, сколько вооруженными силами Соединенных Штатов, Великобритании, Франции и европартизанами) и ушла в небытие, Россия же, правопреемница СССР пока жива, с нее и весь спрос за развязывание Второй мировой войны. Поляки, прибалты, чехи и прочие многие десятилетия, оказывается, страдали от сговора Гитлера со Сталиным и от советской оккупации.

А далее – как снежный ком. Украина – жертва советской оккупации, боровшаяся в союзе с гитлеровцами против более страшного врага - москалей, поэтому все бандеры и шухевичи – герои сопротивления, а не пособники фашистов. Саакашвили вдруг совершил историческое открытие: Россия, оказывается, еще со дня подписания Георгиевского трактата колонизировала Грузию, а вся история совместного проживания – на самом деле борьба грузин (даже во времена правления Сталина) за независимость.

Один отечественный исламовед подлил маслица в огонь, заявив, что события на Северном Кавказе – это продолжение двухвековой борьбы кавказских народов за все ту же независимость от России, включая сотрудничество с немцами в годы Великой Отечественной войны. Историки-либералы нынешней России также осыпают нас «открытиями», мол, все иуды от Власова до Резуна – отнюдь не перебежчики и предатели, а герои и борцы против тоталитарного режима.

Концепция «двух тоталитаризмов», родившись на Западе, двинулась в восточном направлении по проторенному пути «дранг нах остен». Даже немцы, долго молчавшие (по крайней мере, официально) вдруг оживились в оправдании преступлений гитлеризма. В 2002 г. премию К. Аденауэра получил «единственный философствующий историк среди немецких историков» (так он был назван в официальной прессе ФРГ) Э. Нольте за труды, в которых «доказал», что уничтожение режимом Гитлера евреев было ничем иным, как реакцией на уничтожение дворянского и крестьянского сословий в России. Германский национал-социализм, оказывается, это – «зеркальное отражение русской революции», уничтожение Гитлером целых народов – реакция на ликвидацию классов в СССР, Аушвиц и Освенцим – реакция на Гулаг. Даже голлизм во Франции Нольте связал с эпохой тоталитаризма.

Вот такая «историческая правда» продвигается на восток. А в нашей стране дорогу ей открыли в горбачевские времена доморощенные «демократы», а затем, используя захваченные СМИ, и либералы ельцинского пошиба. Затем, как и положено «пятой колонне», сами стали углублять и развивать тему равной ответственности за войну «сталинского режима» и немецкого фашизма.

Сегодня эта концепция «равной ответственности» воплотилась в ставшую широко известной, но от этого не менее позорной, резолюцию ПАСЕ от 3 июля с.г. и публичное сомнение евроатлантистов, имеет ли Россия право на собственный голос на мировой арене, если она, мол, сама появилась незаконно, в результате пересмотра итогов Второй мировой войны.


Генерал-полковник Л.Г. Ивашов,

президент Академии геополитических проблем

«Советская Россия», 02 сентября 2009 г


Кто виноват в трагедии 22 июня 1941 года?

«Советская Россия». 20 июня 2016 г.

75 лет минуло с начала самой трагической рукотворной даты в истории человечества. Именно нападение нацистской Германии на СССР, придало второй мировой войне, началом которой принято считать 1 сентября 1939 г., глобальный размах, милионные жертвы, совершенно иное качество и содержание. До 22 июня 1941 г. военные действия велись в Европе, восточной Азии и в АТР, на севере Африки, но их характер не был столь ожесточенным и масштабным. И Германия, Италия и Япония легко громили более слабых противников, покоряли и ставили себе на службу. Исключение составила Англия, но Гитлер, начиная с 1925 г. Англию видел в качестве союзника, но никак не противника. О чем откровенно заявил в «Майн Кампф», и что четко проявилось в ходе мюнхенского сговора и аншлюса Австрии. Да, собственно Лондон многое сделал для Гитлера, своим бездействием по разрушению Версальского мира. Напомню, что обвинив Германию в развязывании первой мировой войны, страны победители (исключив Россию, внесшую решающий вклад в победу), навязали немцам унизительный Версальский договор. Согласно ему, Германии, кроме материально – финансовых и территориальных потерь, запрещалось иметь армию численностью более 100 тыс. человек, разрабатывать, производить и закупать тяжелые вооружения, иметь развитую оборонную промышленность. В 1922 году, два государства, подвергнутые жесточайшим санкциям – Германия и Советская Россия заключают т.н. Раппальское соглашение, которым открывают взаимовыгодное сотрудничество в различных областях, в том числе в военной и военно – технической сферах. Намечался союз двух континентальных держав, которого смертельно боялись англо – саксы. Основоположник британской геополитики Х. Маккиндер, он же советник английского правительства, надрывно призывал любой ценой не допустить такового, как «смертельно опасного для стран морской цивилизации». Но за такой союз настойчиво ратовали немецкие геополитики, особенно Карл Хаусхоффер. Его крылатой фразой звучало: последний час англосаксов настанет, когда немцы, русские и японцы объединятся в одном союзе. Тот же Маккиндер, также рекомендовал властям и спецслужбам не просто не допустить советско – германского альянса, но стремиться столкнуть их и спровоцировать войну между ними. Вот что утверждал обвиняемый Нюрнбергского трибунала Ялмар Шахт, бывший глава рейхсбанка и министр экономики Германии: «На все просьбы и предложения Веймарской республики эти страны (Великобритания, Франция, США – Л.И.) отвечали «нет». Но когда к власти пришел Гитлер, все изменилось… Единственное, в чем меня можно обвинить, так это в нарушении Версальского договора. Но если это считать преступлением, то и самим судьям неплохо бы покаяться. Англия не только молча взирала, как мы вооружались, а даже в 1935 г. заключила с нами пакт, согласно которому численность наших военно-морских сил ограничивалась одной третью от военно – морских сил Великобритании. Когда мы вводили всеобщую воинскую обязанность, никто из мировых держав и не пикнул. Их военные атташе присутствовали на наших военных парадах и видели все своими глазами». 2 Гитлера осознанно готовили к войне с Советским Союзом: отдали не моргнув глазом Австрию, Судеты, а потом и всю Чехословакию, поощряли милитаризацию Рейнской области, раскрутку военной промышленности, нацизм и агрессию. Однако, увы, об этом сегодня стараются забыть и поставить СССР на одну обвинительную доску с Третьим Рейхом в развязывании второй мировой. И причем, западники подхватывают советские и российские источники, которые во всем обвиняют И.В. Сталина. Что он плохо готовил страну к обороне, не воспринимал доклады разведки, репрессировал накануне войны командные кадры и т.д. Некоторые военачальники обвиняли разведывательную систему за неточность и несвоевременность докладов о надвигающейся войне. Эти обвинения не утихают по сей день, и среди историков и, особенно, среди политиков. Причем, как внутри России, так и на Западе. Хочу только подчеркнуть, что эти споры стали раскручиваться после смерти Иосифа Виссарионовича и обвинения его Никитой Хрущевым в культе личности, узурпации власти, игнорировании данных разведки, единоличном принятии ошибочных решений. Активно против разведки и И.В. Сталина выступили ряд военачальников, включая маршала Жукова Г.К. Однако глубокое исследование предвоенных событий и начала войны убеждают, что военная и внешняя разведка, как и И.В. Сталин виноваты гораздо менее, чем, например, Генеральный штаб, наркомат обороны. И, кстати, И.В. Сталин гораздо шире видел и оценивал масштабы подготовки немцев к агрессии против СССР, ускоренно готовил государство и народ к отражению нападения. Были у И.В. Сталина недостатки и ошибочные решения. В частности, большой вред нанес командному составу армии и войскам назначенный в предверии войны начальником Политического управления РККА, а затем и заместителем Верховного Главнокомандующего Лев Мехлис. Но в целом страна к войне была готова, чего не скажешь о войсках первого эшелона. И прежде всего о штабах: генеральном штабе, штабах военных округов, видов вооруженных сил. Точнее – они были работоспособны, но оперативного и стратегического кругозора им не хватало. Не доставало практического опыта организации боевых действий стратегическими группировками и управления ими. Избранный вариант отражения агрессии был неудачным. Разработанный под руководством Маршала Советского Союза Шапошникова Б.М. план обороны был более реалистичным и ориентировал войска на то, что главный удар противник нанесет на западном стратегическом направлении, на Москву, и предусматривал жесткой обороной Западного, Прибалтийского и Киевского особых военных округов остановить противника, и только после этого (примерно через 30 дней) нанести контрудар войсками КОВО, с последующим переходом в наступление Западного и Прибалтийского фронтов. В реальности получилось наоборот: основные усилия были сосредоточены на юго – западном стратегическом направлении, в полосе Киевского Особого военного округа, тогда как немцы ударили главными силами на минско – московском направлении. К тому же, войска КОВО вопреки канонам военного искусства, практически стали наносить контрудар по превосходящим группировкам противника, ввязавшись во встречные сражения. Тогда, как требовалось упорной обороной остановить или замедлить его наступление, обеспечить мобилизационное развертывание вооруженных сил и промышленности. Этот вариант действий был заложен начальником Генштаба маршалом Шапошниковым Б.М. еще в августе 1940 г. в «Соображениях об основах стратегического развертывания Вооруженных Сил Советского Союза на Западе и на Востоке на 1940 и 1941 г.г» В этом документе четко предусматривалось «прочное прикрытие границ, сдерживание и отражение первого удара противника активной обороной и активными действиями по сковыванию его сил в период отмобилизования и сосредоточения основных сил РККА», только после этого, «при наличии благоприятных условий», предполагался переход в контрнаступление. Эти соображения легли в основу плана обороны страны. Однако, фактически войска западных военных округов действовали вопреки утвержденному правительством СССР и лично И.В. Сталиным плану обороны. Да плюс к этому, артиллерия была выведена на учения, боевая авиация не была рассредоточена на полевых аэродромах, а сидела скученно в местах постоянной дислокации, оперативный состав штабов не занял своевременно пункты управления. Многое не было сделано, или сделано не так. Это вина не Сталина, а военного командования. Это стратегический просчет Генерального штаба.

К сожалению, не все маршалы Победы говорили правду, особенно после т.н. «развенчания культа личности Сталина». Но проговаривались. Вот что говорили нарком обороны СССР и начальник Генерального штаба после войны. С.К. Тимошенко назвал 22 июня 1941 г. « безграмотным сценарием вступления Вооруженных сил в войну». Г.К. Жуков: «…многие из тогдашних работников Наркомата обороны и Генштаба слишком канонизировали опыт Первой мировой войны. Большинство командного состава оперативно – стратегического звена, в т.ч. и руководство Генерального штаба теоретически понимало изменения, происшедшие в способах ведения Второй мировой войны. Однако на деле они готовились вести войну по старой схеме, ошибочно считая, что большая война начнется, как и прежде, с приграничных сражений» 3. Так, причем здесь Сталин. Немцы непрерывно вели боевые действия с 1 сентября 1939 г., сокрушили почти всю Европу, в том числе Францию, а Генштаб, которым с января 1941 г. руководил Г.К. Жуков, обязан был непрерывно следить за всеми изменениями в способах ведения военных действий, и немедленно учитывать в практике подготовки войск и штабов. Но, увы, этого сделано не было. Первый период войны, и особенно вступление в войну проиграли генералы и маршалы, а не Сталин. Но и это не все.

Красная Армия после гражданской войны строилась на наступательной доктрине, оборонные настроения пресекались. И здесь большую роль сыграл Михаил Тухачевский. Разработанная Триандофиловым «глубокая наступательная операция» стала не только блестящей теоретической основой, но и одновременно идеологией будущей войны. Враг нападает, и мы тут же переходим в мощное контрнаступление и ведем боевые действия на чужой территории. Обороне своей территории должного внимания не уделялось. Что и проявилось в самом начале войне в операциях западных военных округов. Второй момент: именно под «глубокую наступательную операцию» выстраивалась организационная структура войск. В 1940 -1941 г.г. стали спешно формироваться мекорпуса (этот опыт был неудачно взят из тактики и структуры немецких войск). Всего планировалось сформировать 40 таких соединений. Но вот в чем проблема. В составе каждого мехкорпуса предполагалось иметь 1031 танк. Во – первых страна не могла дать такого количества танков, и корпуса оставались неукомлектованными. Во – вторых, управлять такой махиной было крайне сложно: не хватало средств связи и опыта управления, крайне мало было средств ПВО, ремонтно – технических средств, слабым оставалось тыловое обеспечение, многие корпуса не провели боевых стрельб, боевого слаживания. В – третьих, согласно штатному расписанию в стрелковых дивизиях танков не оставалось вообще. А мехкорпуса предназначались не для обороны, а для контрударов и последующего развития наступления. Артиллерия на полигонах, пехота осталась без танков, а именно на ее долю пришелся мощный удар немецких танковых клиньев. Да плюс дурацкие директивы о переходе в контрнаступление, наперевес с винтовкой против танков. О состоянии и действиях мехкорпусов правдиво написал Маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский, встретивший войну командиром такого корпуса. А представим себе, что стрелковые дивизии и корпуса имели бы в своем составе отдельные танковые, батальоны, полки и бригады, плюс артиллерию и зенитное прикрытие, и жестко стояли бы на своих оборонительных позициях. Результаты начального периода были бы совершенно другими. Нужно сказать правду: сил и средств для устойчивой обороны у нас было достаточно, а по танкам мы имели серьезное превосходство перед немцами (более чем трехкратное): одних КВ и Т-34, значительно превосходящих основной немецкий Т- III, было в западных округах более тысячи. Страна, под руководством И.В. Сталина, начиная 1927 года, серьезно готовилась к обороне. И давала войскам, прежде всего западным группировкам, все необходимое. И это все, включая склады с оружием, боеприпасами, ГСМ, продовольствием, и другими материальными средствами досталось врагу из-за бездарности военного руководства. Танки, автомобильная техника и другие вооружения были уничтожены или захвачены немцами. Вот некоторые данные на 30 июля 1941 г. в войсках КОВО –ЮЗФ из 7691 танка осталось 380 единиц. Мехкорпуса, а с ними и бронетанковые силы на западном стратегическом направлении перестали существовать. (Напомню, немцы в составе сил вторжения имели около 5,5 тыс. танков). Приведу высказывание К.К. Рокосовского, как наиболее объективного в оценке начального периода войны, из его мемуаров: «Но о чем думали те, кто составлял подобные директивы, вкладывая в них оперативные пакеты и сохраняя за семью замками? Ведь их распоряжения были явно нереальными. …Их не беспокоило, что такой приказ – посылка мехкорпуса на истребление. Погибали в неравном бою хорошие танкистские кадры, самоотверженно исполняя в боях роль пехоты».

Некоторые исследователи начального периода Великой Отечественной войны говорят о масштабном предательстве со стороны командного состава РККА, о наличии в Генеральном штабе агентов абвера и т.д. (Мартиросян А.Б. Сталин и разведка накануне войны. М., 2014). Безусловно немцы имели свою агентуру в СССР, в том числе в армейских кругах, готовясь к нападению активно вели разведку по всем направлениям. Иного быть и не должно, таковы законы военного дела. Но списывать наши неудачи только на предательство, или на шпионов было бы не совсем правильно.

Здесь присутствует целый комплекс причин. Есть объективные, но больше субъективных. Во – первых, заговор Тухачевского реально существовал и носил разветвленный характер, сочетаясь с троцкистскими сетями. Это был заговор среди высшего командования вооруженных сил. Именно от окружения Тухачевского, как первого зама наркома обороны и Гамарника (начальник главного политуправления РККА) расползались тенденции репрессировать тех офицеров, которые уделяли внимание обороне. Их обвиняли в пораженческих настроениях. Я в этом разбирался, читая документы процесса. Был устроен даже некий соревновательный синдром – кто больше выявит врагов народа – пораженцев. (кстати, этот процесс продолжился и при Л. Мехлисе) Насаждалось повсеместно «шапкозакидательство». Нарком обороны К.Е. Ворошилов, не имея военного образования, и будучи приверженцем конницы, как и С.М. Буденный, не особенно вникал в изменения характера будущей войны. Войсками «крутил»» его первый зам. Тухачевский. И он заразил командные кадры идеей превентивного удара и наступательной стратегии. «Активные операции вторжения» - вот суть теории обороны страны. И под эти операции строилась структура войсковых группировок. Маршал Советского Союза Д.Т. Язов констатирует: «В основе подготовки начальных операций лежала идея мощного ответного удара с последующим переходом в решительное наступление по всему фронту … Ведение стратегической обороны и другие варианты действий практически не отрабатывались». 4 Генерал армии М.А. Гареев, президент Академии военных наук и участник Великой отечественной войны пишет: «Идея непременного перенесения войны с самого ее начала на территорию противника… настолько увлекла некоторых руководящих работников, что возможность ведения военных действий на своей территории практически не рассматривалась» 5. Против подобных планов вторжения выступал Б.М. Шапошников, ряд профессоров Академии Генерального штаба. В частности, комбриг Ян Жигур, старший преподаватель Академии Генерального штаба,, писал неоднократно И.В. Сталину о том, что целый ряд важнейших вопросов организации РККА и оперативности стратегического использования наших Вооруженных сил решен ошибочно, а возможно и вредительски. Ну и, естественно, не все сторонники Тухачевского были выявлены и осуждены.

Другим важным фактором, приведшим к трагическим последствиям начального периода войны, явилось сосредоточение в высшем военном руководстве выходцев из Киевского особого военного округа, не обладающих стратегическим кругозором и соответствующим опытом. После неудач советско – финской войны, был снят с должности наркома обороны К.Е. Ворошилов и чуть позднее освобожден от должности НГШ маршал Б.М. Шапошников (кстати, не согласный с планами финской кампании).

На смену им пришли «киевляне», заняв высшие ступеньки в военной иерархии: С.К. Тимошенко, Г.К. Жуков, Н.Ф. Ватутин (нач. оперативного управления ГШ), И.Я. Федоренко (нач. автобронетанкового управления РККА), Ф.И Голиков (нач. ГРУ ГШ) и другие. Оценку таким кадровым решениям дал М.В. Захаров, будущий начальник Генерального штаба: «Сотрудники, выдвинутые на ответственную работу в Генштаб из Киевского Особого военного округа, в силу своей прежней службы продолжали придавать более важное значение Юго – Западному направлению. При оценке общей военно – стратегической обстановки на Западном театре войны их внимание приковывалось к тому, что «прикипело к сердцу», длительно владело сознанием и, естественно, заслоняло собой и отодвигало на второй план наиболее весомые факты и обстоятельства, без которых нельзя было произвести верную картину надвигавшихся событий» 6 И, именно они, представители КОВО сделали ставку на усиление юго – западного направления, полагая, что именно там немцы нанесут главный удар. Но более того, являясь приверженцами «операций вторжения» планировали немедленный с началом войны переход в контрнаступление, с целью отрезать Балканы от Германии. И это было сделано вопреки утвержденному И.В. Сталиным и В.М. Молотовым плану обороны от 14 октября 1940 г.

Ну и третий фактор, сыгравший трагическую роль в самом начале войны – это отсутствие у советского военного командования опыта ведения современной (на тот момент) войны. И даже Г.К. Жуков, талантливый военачальник, имел за плечами Халкин – Гол, косвенную причастность к финской кампании, и все. Кое – кто «зацепил» испанскую гражданскую войну. Немцы к 22 июня 1941 года мощно прошлись по Европе, вели боевые действия на Севере Африки, и хорошо изучили опыт первой мировой. Нас спасли от окончательного разгрома модель социалистической экономики с ее огромными мобилизационными возможностями, наличие стратегических резервов, хорошая обучаемость командного состава в ходе войны, и, как не модно сегодня звучит, - организаторская работа партийных организаций ВКП (б) всех уровней. Именно партийные организации, пронизывая все структуры советского общества, стали важнейшими организаторами мобилизации страны на отпор врагу. Мощный предвоенный задел, заложенный И.В. Сталиным и компартией, спас страну от поражения.

Теперь, что касается обвинений разведки. Эти обвинения из той же серии: переложить собственную вину на плечи других. Удивляет, скорее другое: как за короткие сроки, менее чем за 20 лет, удалось развернуть мощнейшую разведывательную сеть стратегического масштаба. Я рекомендую нашим читателям ознакомиться с работами историка разведслужб А.Б. Мартиросяна, и прежде всего с книгой «Сталин и разведка накануне войны», где он на основе рассекреченных разведдонесений показывает героическую работу советских резидентур. Напомню только, что в 1926 – 1927 г.г. на сторону Сталина перешла значительная часть военной разведки Российской империи во главе с ее начальником генерал – лейтенантом Потаповым, а также зарубежная агентура Имперской разведки во главе с графом Канкриным, созданная для проникновения в систему масонских лож. Советское руководство получало информацию не только из Третьего Рейха, в том числе из генерального штаба, ВВС, военно – экономических структур, но и из других стран: США, Англии, Польши, Чехословакии, Италии, Франции, Норвегии, Японии и т.д. И этой информации было достаточно, чтобы принять соответствующие решения стратегического планирования. Но в Генштабе и наркомате обороны, как мы говорили выше, решения уже были сформ ированы и они не вписывались в донесения разведки. Приведу пару примеров. 2 мая 1941 г. Рихард Зорге сообщает: «По мнению немецких генералов система обороны на германо – советской границе чрезвычайно слаба» 7. 6 мая 1941 г. « Немецкие генералы оценивают боеспособность Красной Армии настолько низко, что они полагают, что Красная Армия будет разгромлена в течение нескольких недель» 8. 1 июня – «Наиболее сильный удар вермахт нанесет левым флангом» (Там же). Сталину эти донесения не докладывают, реакции Генштаба никакой, Зорге начинают подозревать в двойной игре. И таких донесений из других источником было достаточно. Конечно, случалась и дезинформация, иначе в разведке не бывает. Но в целом, информация была и своевременной, достаточной и достоверной. А ее оценка, глубокий анализ и принятие решений – дело штабов. Напомню только, что мы говорим лишь об агентурной части разведки. Но разведку ведут войска приграничных округов, пограничные войска, авиация, ВМФ. И не видеть сосредоточения германских войск можно только незрячему.

1 Сталин И. Беседа с председателем американского газетного объединения «Скриппс – Говард Ньюспейперс». М., 1937. С. 6-7.

2 Латыпов Н. , Тушев С. 50 оттенков серого кардинала. М., 2016. С.165

3 Жуков К.Г. Воспоминания и размышления. Т.2.М., 1990. С. 76

4 Военно – исторический журнал. 1991. № 5. С. 13.

5 Гареев М.А. М.В. Фрунзе – военный теоретик. М., 1985. С.323 н

6 Захаров М.В. Генеральный штаб в предвоенные годы. М., 2005. С. 180.

7 ЦА МО РФ. Ф. 23.Оп.24119. Д. 1. Л. 683-684.

8 Там же. Оп. 24127.Д. 2. Л. 340 – 341


Подпишитесь на нашу рассылку
и получайте интересные материалы на электронную почту