Сетевые политические общности в Telegram как инструмент политического влияния

Автор публикации: Зогранян Евгений Владленович
Дата публикации: 2023-02-13
Вид издания: Статья
Тема публикации: ИКТ
Регион: Евразия

Аннотация

В данной статье автор рассматривает возникновение такого современного феномена, как сетевые политические общности в информационном пространстве Интернета на примере Telegram мессенджера в контексте политических событий происходящих с 10 августа 2020 года по настоящее время в Беларуси. Исследование выполнено на примере анализа активности наиболее многочисленных каналов мессенджера Telegram. Появление новых институциональных основ в результате развития информационно-коммуникационных технологий стали причиной возникновения качественно нового политического образования, а именно сетевой политической общности. Такого рода политическое участие имеет массовый и сетевой характер, что по мнению автора заслуживает внимания и представляет интерес для научного изучения.

Сравнительна Роль информационно-коммуникационных технологий в современном мире

 

         Современный мир невозможно представить без информационно-коммуникационных технологий, на сегодняшний день информационные технологии проникли так глубоко во все сферы жизни общества, что разделить их становится практически невозможно. Такого рода описание современности не является открытием, а скорее классическим описанием последних 20 лет, времени концептуальных сдвигов и перемен. Эти перемены происходили постепенно, по мере изменения технологий и общества, при этом вопрос заданный Андре Молем относительно первостепенности в отношении влияния на развитие культуры общества остается открытым [4 С. 166]. 

         Однако важно отметить, что перемены практически всегда происходят постепенно, а любой точке бифуркации предшествовал ряд процессов, который подготовил основания для качественного перехода. Этот процесс мы можем наблюдать и в политической сфере современного постсоветского пространства. В данной статье автор пытается раскрыть предпосылки возникновения такого феномена как сетевые политические общности, а также применение таковых в качестве инструмента политического влияния и политической активности. Однако для построения целостной картины необходимо использовать индуктивный метод, поэтому стоит начать с того, какую роль играли ИКТ в политической жизни постсоветских стран на протяжении последних 15 лет. 

         Первым, что стоит рассмотреть, это события происходившие в Украине с 22 ноября 2004 года по 23 января 2005, иными словами «Оранжевую революцию». Что можно сказать об информационно-коммуникационных технологиях того времени? Появляются первые смартфоны оснащенные камерой с разрешением в 1 мегапиксель, такие как например на Nokia 7610  [1], при этом телефон используется скорее, как атрибут статуса, нежели как инструмент для видео и фото фиксации событий, а учитывая внутренний объем памяти самого телефона равный 8 мб [1], даже при попытке использовать телефон в качестве записывающего устройства, дальнейшее использование записанной информации представляется практически невозможным в силу их непродолжительности, низкого качества и низкой скорости распространения самой информации. Выход в Интернет осуществлялся посредством покупки специальных карт дающих право доступа в Интернет на протяжении строго ограниченного периода времени [2] через стационарные компьютеры. Иными словами, использование ИКТ конца 2004 года в Украине в качестве инструмента политического участия граждан было невозможной и нецелесообразной задачей. Сам характер протестов был позиционным, люди собирались в группы, образовывали общности, находясь в составе данных общностей происходило видоизменение характера декодирования информации и согласно Мишелю де-Серто происходило так называемое изобретение смыла использования объекта политического потребления[5 С. 265].

         В качестве следующего шага в направлении использования ИКТ в политической жизни государства стоит рассмотреть период с 21 ноября 2013 года по 22 февраля 2014 года, или так называемый «Евромайдан» в Украине. Согласно статистике [3,4] , можно сделать вывод, что смартфоны значительно укрепили свои позиции на рынке мобильных устройств Украины и получили достаточно широкое распространение, например лидирующие позиции занимают Apple iPhone 5Samsung Galaxy S4, HTC One, аппараты способные получать доступ к Интернету посредством беспроводной связи, при этом уже появились такие мессенджеры как TelegramWickrBBM. Однако важно отметить, что технология передачи связи 3G появилась в Украине только в 2015 году [9], что говорит о низкой скорости передачи данных посредством мобильных устройств на момент событий «Евромайдана», что делает формирование и использование сетевых политических общностей внутри информационного пространства Интернета в условиях «Евромайдана» также практически неприменимыми. Однако концептуально можно заметить шаги в сторону использования доступных населению ИКТ, а именно использование YouTube для распространения видео политического характера, например хэштег «евромайдан» включает более 6 тыс видео и 836 каналов [6]. Таким образом Интернет, как информационное пространство, начинает активнее использоваться в качестве политического инструмента, уже не нужно непосредственно участвовать в протестной деятельности, и нет необходимости смотреть репортажи официальных СМИ, становится возможным наблюдать за событиями в режиме «Online», получать информацию селективно, самостоятельно смотреть или нет определенные репортажи и каналы, а также репостить их и отправлять знакомым, что делает информационное пространство на шаг ближе к возможности формирования СПО, однако отсутствует платформа, на которой можно было бы осуществлять централизованную координацию с обратной связью и достаточной скоростью передачи сигнала между узлами сетевой структуры. Также стоит отметить, что благодаря внедрению ИКТ мы можем видеть актора, который становится независимым [4], с одной лишь оговоркой, что его независимость является строго ограниченной институциями тех платформ, на которых он проявляет свою «независимость». Также важно отметить, что машинное обучение в выработке алгоритмов релевантной информации YouTube появилось только в 2016 году, до этого момента рекомендации в основном строились на относительно простых алгоритмах, что тем не менее все равно позволяло поддерживать эмоциональное вовлечение зрителей и использовать базовые приемы манипулятивного характера, помимо этого большую часть работы по распространению информации делали сами сторонники определенной стороны информационного противостояния. 

         Возникает логичный вопрос, что концептуально может измениться сегодня, по сути мы можем наблюдать за модернизацией уже существующих в 2013 - 2014 годах технологий, смартфоны становятся более производительными, скорость передачи информации посредством Интернета становится «быстрее» и дешевле, увеличиваются потоки исходящего и потребляемого трафика, но в целом ситуация кажется не изменилась. Однако еще Энтони Гиддерс говорил о так называемом «Обществе риска», о том, что новые технологии избавляют нас от старых угроз, но создают новые [2 С. 37]. В данном случае такой новой угрозой и новым вспомогательным инструментом стали сетевые политические общности в информационном пространстве Интернета. С одной стороны они упрощают политическое участие рядовых граждан в политической жизни своего государства, однако одновременно с этим, становятся Дамокловым мечем. 

 

Сетевые политические общности и их роль в политическом процессе

         Под сетевыми политическими общностями автор понимает добровольное обьединение людей в пределах информационного пространства определенной платформы на основе общих идей, идеологий, целей и идентичности, при этом зачастую такого рода сетевые общности распадаются после реализации своих интересов, также причиной распада может служить осознания невозможности реализации поставленных задач, либо уничтожение задачи как таковой.  

         Анализируя активную фазу событий, начавшуюся в Беларуси с 10 августа 2020 года, важно отметить, что по своей сути процесс политического участия не является новым явлением, однако инструментарий претерпел значительные изменения. Согласно исследованиям проведенным Gemius Audience, на 01.10.2020 года количество пользователей мобильным интернетом в Беларуси превысило 4,4 млн. человек [7]. Население Беларуси составляет 9 349 645 чел. [8], таким образом можно сказать, что 47% населения имеет доступ к Интернету на протяжении 24 часов 7 дней в неделю, что в сою очередь свидетельствует о высоком уровне проникновения ИКТ в общество современной Беларуси. Помимо этого важно отметить, что сравнивая функциональные возможности Telegram в 2014 году во время «Евромайдана» и на конец 2020 года, можно отметить значительные изменения. Наиболее важным с точки зрения возможности формирования и поддержания СПО является возможность создания каналов и групповых чатов. Тем самым стало возможным формировать сетевые общности внутри информационного пространства Интернет посредством создания информационных лакун, субпространств, которые физически не ограничиваются в отношении количества узлов, входящих в сетевую структуру, единственным «узким» местом которых является информационный канал коммуникации, «вход» в информационное пространство. В связи с этим автор данной статьи предлагает классифицировать СПО опираясь на виды и характер коммуникации происходящий внутри СПО и являющиеся институциональной основой. 

Классификация сетевых политических общностей

         К первому типу СПО можно отнести те сетевые структуры, которые осуществляют коммуникацию в открытом виде и никак не ограничивают взаимодействие звеньев внутри сетевой структуры. Зачастую СПО данного типа являются относительно малочисленными и не превышают 2-3 тыс. человек. Выбор такого типа коммуникации является оптимальным в силу необходимости поддерживать «оперативную» составляющую СПО и малой интенсивности коммуникации между звеньями.

         Второй тип СПО можно охарактеризовать, как СПО ограниченной коммуникационной связи. Такого рода ограничение зачастую вызвано невозможностью канала коммуникации пропускать тот объем информации, который должен проходить через него при информационном обмене определенной части узлов. СПО второго типа зачастую могут насчитывать десятки тысяч узлов, а например Telegram канал NEXTA на 15.06.2021 число объединяет более 577 тыс. человек. Таким образом, если разрешить непосредственную коммуникацию даже 1 % узлов, что составляет 5777 человек, через единый канал выделенный платформой, то он не выдержит «потока» информации. 

         Также можно выделить второй подтип второго типа СПО, это те СПО, в которых институционально создается множество информационных субпространств посредством возможности комментирования «поста», информации размещаемой владельцем институциональной монополии на распространение информации. Возможность создания таких лакун возникла относительно недавно, - 30 сентября 2020 года [5]. Таким образом сам канал остается открытым и не перегружается информацией, однако, любой узел при желании можно войти в субпространство поста и коммуницировать с другими узлами посредством обратной связи с привязкой к информации закодированной в самом посте. 

         Таким образом возникновение возможности политического участия населения посредством вхождения в СПО можно считать точкой бифуркации современного политического процесса, и сам феномен заслуживает внимания со стороны научного сообщества. Можно выдвинуть предположение, что дальнейшее развитие ИКТ будет приводить к углублению такого рода процессов, в частности к возникновению новых форм политического участия населения, можно предположить что основная часть общедоступного и массового политического процесса будет проходить внутри информационного пространства, а физические проявления политической активности будут только следствием таковых, что может приводить помимо всего прочего к использованию СПО в информационных войнах.[1 С. 126] Тем самым можно говорить, что изменения происходящие в сфере ИКТ будут приводить к новым и требующим изучения процессам, процессам дающим решение существующих вопросов и потенциально провоцирующих возникновение новых вызовов, как для науки, так и для современного общества.