последние новости

О КОРРУПЦИИ. (ЧАСТЬ I)

О КОРРУПЦИИ. (ЧАСТЬ I)

» О КОРРУПЦИИ. (ЧАСТЬ I)
4-07-2011, 14:22 | РОССИЯ | автор: Admin | Просмотров: 512
О КОРРУПЦИИ. (ЧАСТЬ I)Пора перестать, вторя гомону разнообразных коррупционеров в роли главных борцов с коррупцией, всякие разговоры о «борьбе» с этой социальной проказой в ее российском обличье: начиная с первого президента РФ, через второго и включая третьего, нынешнего, вся российская антикоррупционная кампания (законы, указы, речи, гомон в СМИ) на всех ее этапах за прошедшие два десятка лет имела только один бесспорный впечатляющий результат – разрастание коррупции, усложнение и заматерелость ее форм. Это нашло подтверждение и в оценках международных организаций (злонамеренно клеветнических, естественно), опустивших с настоящему моменту Россию по коррупционности на одно из последних мест в ряду из 180 государств мира.

Оно и понятно: остановить развитие гангрены (порчи сгнившей ткани) горчичниками невозможно. А другими средствами российские управители лечить российскую чиновную проказу и не пытались, и не намеревались, и ныне не собираются. Потому что российская коррупция — это все они – «борцы» с ней – вместе взятые. А бороться радикально, как надо с коррупцией для российских коррупционеров – борцов — уподобляться японскому самураю, делающему себе харакири. Уж кому-кому, а преуспевающим коррупционерам ставить честь (которой-то и в помине не было отродясь) равной собственной жизни — и в голову придти не может ни при каких обстоятельствах.

Посему, о борьбе, если и есть смысл упоминать, то только в контексте имеющихся зарубежных опытов. А вот попытаться воспроизвести парадный портрет российской (ныне самой, пожалуй, колоритной, породистой в мире) коррупции смысл кое-какой имеется: хотя бы для того, чтобы определенные на должности главных «борцов с коррупцией» не слишком упрощали свое представление о наших представлениях о них самих и не пытались в силу этого врать нам, изображая эту самую борьбу, уж очень примитивно. Да и для истории, и будущих историков такой «парадный портрет» российского должностного мерзавца вполне может пригодиться.

К тому же некое подобие «государственного общероссийского» фоторобота коррупционера для идентификации конкретной мздоимствующей образины в каждом отдельном, конкретном случае – населению помощь.

Для начала объяснимся с читателями относительно базовых понятий: коррупцию здесь понимаем в ее изначальном этимологическом смысле как порчу. То есть как сгнивание базовых качеств людей, занимающих государственные должности. Вот как это видится одному из известных российских публицистов: «Качественно новый фактор последнего десятилетия – моральное разложение работников…

Воспитанная десятилетиями вера в то, что бизнесмен — это вор, усилилась открытым коррупционным грабежом и переросла в общую терпимость к воровству. Мол, у чиновника работа такая, он и должен воровать». А ведь у вора не стыдно и украсть. Честно работать в эпоху массового воровства и коррупции нелепо и стыдно.

Менеджеры корпораций инстинктивно подражают государству и не считают нужным относиться к владельцам своих компаний лучше, чем представители правящей бюрократии. В результате быстро растут масштабы внутрикорпоративного воровства. Рассчитывать на помощь правоохранительных органов, как правило, не приходится, а тащить в суд менеджера, укравшего до 20 тысяч долларов, часто себе дороже…

Явная безнаказанность производит дополнительный стимулирующий эффект.
Коррупция стала образом жизни, массовой культурой, и не заметно системных попыток ей противостоять. Разложение российского общества вышло на поверхность «драматически снижая его конкурентноспособность». (Михаил Делягин. «Коррупция как национальный танец». «Известия». 15.03.2011г.).

Как видим, автор материала акцентируется уже не столько на испоганивании сословия российских коррупционеров, но в большой мере обращает внимание на то гиблое обстоятельство, что гниль чиновничества (порча, то есть) уже полным ходом распространилась практически на все социальные слои. Один из примеров в доказательство тому: «Согласно исследованию Global Retail Theft Barometer 2010 Россия вошла в число лидеров по количеству магазинных краж. Стоит отметить, что данные по нашей стране в исследовании фигурируют впервые и дебютант сразу же оказался в «передовиках».

Ущерб от воровства в нашей стране в 2009 году составил 1,61% оборота магазинов. Россияне в 2009 году утащили с полок товаров на 2,2 млрд евро…

Тащат из магазинов как покупатели, так и сами работники торговых точек. Причем российские торговцы, если верить исследованию, ведут себя хуже всех в Европе, за исключением разве что коллег из Великобритании. На долю сотрудников торговых точек приходится 36,5% общего уровня недостачи…Всего, согласно Global Retail Theft Barometer в 2010 году сумма краж в мировом ретейле составила 87 млрд евро, или 1,36% оборота..». (Утащили товары на три миллиарда евро». «Наша Версия на Неве». №49, 2010г.).

Как видим коррупционная порча развивается почти как гангрена и с почти таким же фатальным результатом – «драматическое снижение конкурентоспособности» означенное Михаилом Делягиным в геополитической терминологии означает сокрушительное историческое поражение нации. Которая, как правило, после никогда уже не в состоянии от этого оправиться и, в лучшем случае, влачит жалкое существование исторического реликта. Наподобие африканского племени дагонов или народности кмеров в Южной Азии. По простой и вполне понятной причине: любая освободившаяся геополитическая ниша исторически мгновенно заполняется другим жизнеспособным этносом, который уже осознанно не дает «бывшим» реализоваться в прежнее дееспособное состояние. Причем, самыми жесткими, радикальными способами и средствами: пример индейцев Северной Америки – самое свежее и наглядное тому подтверждение. Посему коррупционеры, все их сословия (российские как самые многочисленные и ненасытные — в особенности) всегда, всюду — самые опасные, постоянные злейшие враги для собственной нации, этноса. Отчего мыслящая часть всякой более-менее дееспособной национальной элиты как чумной эпидемии боится распространения коррупции внутри своего государства. Но всячески насаждает и взращивает коррупцию у своих геополитических противников (явных или потенциальных) — как самое эффективное, разрушительное оружие массового поражения, вполне современное, несмотря на древнейшую природу своего происхождения. Тот же цитированный автор так живописует реализацию этой технологии применительно к современной России: «Системная борьба с коррупцией и оргпреступностью (они не существуют друг без друга) в США началась лишь в конце 60-х, когда американская политическая элита осознала мафию в качестве реального конкурента.

Ответом стало принятие комплекса законов RICO, регламентировавших права представителей правоохранительных органов, в том числе при внедрении в преступные сообщества. Они ввели в практику конфискацию всех, в том числе добросовестно приобретенных активов представителей оргпреступности, не сотрудничающих со следствием. Если преступник сотрудничал со следствием, отрезая себе пути к возвращению в мафию, он лишался лишь нажитого преступным путем.

Общим для США и Италии (где в ходе операции «Чистые руки» сменилось несколько правительств, но мафия перестала быть политической силой) было и распределение ответственности между взяточником и взяткодателем. Государства исходили из того, что «правила игры» создает чиновник – он ставит бизнесмена в положение выбора между отказом от бизнеса и дачей взятки. Потому взяткодатель, сотрудничающий со следствием, мог сохранить не только свободу, но даже доброе имя; к чиновникам закон был беспощаден.

В рамках этого подхода в США прошла операция «Шейх», в ходе которой агенты ФБР прошли под видом представителей богатых арабских дельцов почти во всех органы федеральной власти, и согласившиеся чиновники были уволены.

В России же впечатление особого цинизма производит пропагандистский тезис о том, что в коррупции виноваты граждане – потому что дают взятки. Мол, если они не будут давать взятки, коррупция исчезнет сама собой. При этом игнорируются системность вымогательства и наличие обширных сфер деятельности, попросту невозможных без взятки». (Михаил Делягин. «Коррупция как национальный танец». «Известия». 15.03.2011г.).

Самым же драматичным из всей российской коррупционной драмы является то обстоятельство, что тотально коррумпированными, то есть практически полностью непригодными для исполнения служебных задач (в числе первейших из которых – борьба с коррупцией, должностными оргпреступлениями) оказались правоохранительные органы. Которые «борьбу с коррупцией» в подавляющей своей части превратили в стабильный источник своих наиболее высоких коррупционных доходов.

Основными составляющими портрета всероссийской коррупции, безусловно, являются ее габариты и наиболее рельефные части ее «тела»: масштабы и наиболее развитые формы воплощения.

Что касаемо «габаритов», то рядом экспертов (непрофессионалов и клеветников – по классификации самих российских коррупционеров и их идеологов) «коррупционная емкость» нынешней «всероссийской воровайки» примерно исчисляется в 300 млрд. долларов. Что вполне сопоставимо с бюджетом РФ. Есть, естественно, и другие количественные оценки, отличные в ту и другую сторону от упомянутой цифры. Подтверждением же тому, ч то в любом случае речь идет о сотнях миллиардов, содержится в недавней реплике Дж. Сороса в том смысле, что российская «элита» вовсе и не российская, а американская прежде всего потому как 700 миллиардов из своих «сбережений» держит в американских банках.

Размах коррупционной деятельности в России беспрецедентен: в таких масштабах (присвоение более половины ежегодного национального дохода) мздоимство и казнокрадство не наблюдается ни в одной сколь-нибудь приличной стране мира. Нелишне систематизировать наиболее «ходовые» коррупционные схемы, имеющие особо широкое распространение среди российских упырей.

К вершине коррупционной мысли следует отнести взятки в виде «откатов» при бюджетном финансировании проектов, получении госзаказов. В дорожном строительстве по многочисленным свидетельствам российских СМИ, «откаты» составляют от 30 до 70% сметной стоимости работ. Здесь же – «откаты» при приобретении высокотехнологичного оборудования, транспортных средств, которые «закладываются» в многократные переплаты стоимости тех же тамографов, Боингов у «посредников» – фирм, созданных самими коррупционерами. «Откаты» при получении крупных строительных подрядов, «откаты» при землеотводах, «откаты» при получении «боевых», «откаты», «откаты», «откаты»…

Надежнейшим источником коррупционного дохода в России, который воспринимается как неотторжимое, естественное право чина, служит передача (естественно, по открытому конкурсу), наиболее крупных подрядов его семейным фирмам. Примеры – повсеместны, массовы. Один из самых обыденных: «Нынешние губернаторы, воцарившиеся в регионах, стремятся оптимизировать управление имеющихся в их распоряжении активов, что не может не радовать.

Правда, вот оптимизация эта носит какой-то уж слишком выраженный семейный характер.
Понятно желание видеть собственных детей и родственников преуспевшими…
В списке ставших на путь подобной модернизации управленцев отцы и дети Ткачевы (Краснодарский край), Мишарины (Свердловская область), Ипатовы (Саратовская область) – продолжать можно долго. Как в «Форбсе».
Достойное место занимает здесь и семья пензенского губернатора Василия Бочкарева. «Аргументы неделi» в свое время уже указывали на его нежную привязанность к племяннику. Напомним детали.

Должность главы Регионального инвестиционного центра дала Вениамину Бочкареву возможность контролировать деятельность десятков предприятий. К примеру, в сельскохозяйственной сфере действует общество «Марьино», в котором господин Бочкарев — младший числится учредителем. Комания «Стройресурс», тоже учрежденная племянником занимается поставками труб, электротехнического и насосного оборудований». Бочкаревская фирма «ПензаПрофАудит» занимается финансовыми проверками, акционерное общество «ЗААК» торгует топливом и содержит авторемонтные мастерские, а «Пензенское агентство воздушных сообщений», судя по официальным документам, обеспечивает прочую вспомогательную деятельность воздушного транспорта, включая «организацию перевозок грузов». Через компанию «ЦТВ-Пенза» племянник контролирует местное телевидение…

…Очередной целью губернаторского племянника стал «Молочный комбинат «Пензенский» или «Молоком». Как писала газета «Наша версия», вокруг «Молочного комбината «Пензенский» выстроилась целая сеть посреднических организаций, имевших прямое отношение к племяннику губернатора и его деловым партнерам. Одна из этих фирм, ЗАО «Константиново», сразу же получила от щедрот одноименного животноводческого госпредприятия в аренду 100% всей своей собственности. В свою очередь региональное Мингосимущества передало коммерсантам 8892 га земли. А в апреле 2010-го 20 ГУП «Константиново» в соответствии с неким «договором мены» отдало все свое имущество по заниженной оценке в 33 миллиона, за часть «бездокументных акций» ЗАО «Константиново» общей стоимостью в 6 тыс. рублей…

Не удовольствовавшись фактической монополизацией молочного рынка, «фамилия» распространила идеи семейной оптимизации на хлеб. Что ж, вполне прозорливый шаг – продовольственный кризис — в каком бы то ни было виде – явление важное и сложное, чреватое, естественно, немалыми прибылями для особо расторопных.

Однако в России – традиционно продукт особый. Такое дело даже племяннику не всегда доверишь. Поэтому в нашем случае на сцену выходят прямые потомки в виде дочери – Натальи Бочкаревой. Как и у прочих родственников людей в своем регионе великих, деловая хватка ее сильна. Вот краткий перечень свидетельств этому. Губернаторская дочь вместе с Николаем Кривозубовым (брат жены губернатора) стоит во главе пензенского ООО «Сатурн». Это ООО владеет 76% ООО «Пензенский подшипниковый завод» (выручка в 2009 г. 35,3 млн.руб., чистая прибыль 2,1 млн.руб.), по 40,81% акций в ОАО «Евлашевский деревообрабатывающий комбинат» и ОАО «Евлашевский лесоперерабатывающий комбинат», 43,97% екатеринбургского ЗАО «АПО Хлебопродукт».

Ну и кроме того за ним числится 51,19% акций ОАО «Пензенский комбинат хлебопродуктов», 50,16% акций ЗАО «Сердобск хлеб». Плюс – хлебозавод №2. Крупнейшее хлебопекарное предприятие области (56% рынка) с годовой выручкой в миллиард рублей и прибылью до уплаты налогов в 200 млн.рублей.

В переводе на простой язык это означает: под губернаторским чадом находятся основные хлебопекарные предприятия области. Правда, по имеющейся информации, Наталья этими делами занимается, счастливо проживая в Москве, но важен в данном случае сам инновационный подход: семья Бочкаревых фактически получает доход в виде одной пятой части цены каждой выпекаемой в Пензе буханочки». (Иван Клюев. «Хлебное место семьи губернатора Бочкарева». «Аргументы неделi». 17.03.2011г.).

Подобная ситуация почти «под кальку» – в каждом без исключения субъекте федерации. Подобное имеет (сменяются только фамилии и фирмы) место сплошь и рядом с «семейными» бизнесами министров, глав всевозможных федеральных ведомств, генералов спецслужб, армии, правоохранения и множества других высокостатусных российских особей.

Как минимум в каждых 99 подобных случаях из 100 такое сопровождается бесчисленными злоупотреблениями служебным положением всех поименованных высокопоставленных, высокостатусных вельмож, то есть содержит «признаки составов должностных преступлений». И в любой «цивилизованной стране в Европе ли, в Америке все эти сонмы покровителей «семейного» бизнеса оказались бы на нарах. Но только не в России, где во главе этого процесса всталии первочиновники государства. Еще в позне-советскую пору: «А в Грузии лопнул нарыв. Эта республика была в Советском Союзе на особом положении – островок развитого феодализма. Здесь всегда правили не законы, а кланы. Еще Сталин щадил грузин по-землячески по части налогов и разных поборов. Хрущев их старался не трогать. А приятель Брежнева Василий Мжаванадзе??, руководивший республикой до 72-го открыто покровительствовал подпольным «цеховикам» и фруктовой мафии. Он очистил хлебные должности от клана гурийцев, расставил повсюду мегрелов – и те взяли под контроль весь легальный и криминальный бизнес. Высшее руководство республики, естественно ходило «в долях»…

Гуриец Эдуард Шеварнадзе, сменив ушедшего на пенсию приятеля Брежнева, стал очищать хлебные должности от мегрелов и возвращать на их места людей из своего клана. Работы было невпроворот: Эдуард Амвросиевич успел выгнать с работы только 40 тысяч чиновников-мегрелов, и посадить 30 тысяч человек. Контроль над легальным и нелегальным бизнесом перешел к тому, кому надо». (Михаил Полторанин. «Власть в тротиловом эквиваленте». Эксмо. Алгоритм. Москва.2011г. стр.85).

Подобное (клановость в «освоении» аппаратов власти и бизнеса) происходило в ССССР поздней эпохи повсеместно, хоть и с разной интенсивностью и бессовестностью. Ну а в пореформенной России «процесс» пошел лавинообразно во всех без исключения сферах жизнедеятельности государства и общества. Пока не материализовался по пензенскому варианту окончательно и повсеместно. В итоге ныне в РФ ¾ собственников – из сословия «семейных» бизнесменов, обеспеченные силовым прикрытием родителей. А потому – малоэффективных (в лучшем случае) предпринимателей. В то же время практически все администрирующие российские особи – собственники разных калибров и масти и им не до государственной службы и эффективного исполнения обязанностей во благо державы, нации. Баланс такого расклада печален: в России к настоящему моменту нет государства как такового и нет экономики. При наличии всех необходимых для этого природных и демографических условий: и ресурсы, и подготовленные люди в достатке. Нет только работоспособной, не ворующей «элиты». И это очевидно всем: «В России нет государства. Это территория, оккупированная горсткой преступников. В России живут 141 миллион нормальных, работящих, щедрых, умных, порядочных людей. И миллион преступников, которые все разрушают. А государства никакого нет», – заявил в интервью изданию «Сноб» глава инвестиционного фонда Hermitage Capital Уильям Браудер, заработавший миллиарды на инвестициях в Россию и объявленный в ней преступником после разоблачений чиновничьих хищений на сотни миллионов долларов». (NEWSru.com: «В мире». 27.05.2011г.).

В нынешней России стал особо популярен и очень прибылен и такой коррупционный промысел, как торговля должностями в правительственных, административных, парвоохранительных органах, в спецслужбах и армии. Прежде всего – генеральскими должностями (включая «текущие» проплаты за присвоение очередных званий).

Понятное дело, что кроме резкого возрастания коррупционного налога (с ростом цены должностей) на общество, подобная повальная практика «отбора, расстановки и воспритания руководящих кадров» прочно утвердила технологию отрицательного кадрового отбора, обеспечивающего теперь попадание в многоликое сословие чиновничества наиболее циничных, алчных, лживых, бессовестных. Хотя и достаточно хитрых и оборотистых для себя. Что только еще больше «зацементировало» практику приспособления управленческих структур для нужд «семейных» бизнесов и их беспредельного расширения.

Только периодическая продажа генеральских должностей (каковых в РФ набирается не менее (более – возможно 10 тысяч) требует привлечения претендентами 20-30 млн. долларов (распределяемых на несколько лет). Денежные обороты торговли полковничьими должностями (каковых раз 10-20 больше) в сумме не меньше рыночной стоимости генеральских лампас. И здесь главная потеря – отнюдь не деньги, а полностью негодное (по мотивациям служебного поведения) полковничье сословие во всех его «ипостасях». Зная же, что продаются даже должности рядовых инспекторов ГАИ, оперативников службы по борьбе с экономическими преступления МВД, не говоря о прочих «контролерах» государства, можно с не очень высокой точностью (с ошибкой не в разы и не на порядки) оценить рынок должностей в нынешней России (без учета регулярных ежемесячных «взносов» нижестоящих должностных добытчиков своим вышестоящим) в несколько миллиардов долларов. И помнить, что «покупатели» должностей неустанно «трудятся» (кто как только может) по скорейшему возмещению «расхода» на должность и возможно больше6му получению прибыли (пока не вышибли или пока не пришла пора платить за сохранность занимаемого кресла и покупки новой должности). Тут «оборот», суммарный денежный размер данного «фрагмента» коррупционного налога исчисляется ежемесячно уже десятками миллиардов.

Есть еще один неувядающий подвид коррупционного промысла, цветущий в столице и административных центрах субъектов федерации «плата за вход», «плата за беседу». Естественно, с высокостатусным чином: от члена правительства, вельможи из администрации Президента – до вице-губернатора, мэра крупного горда. В столице приходится платить даже за «проход к влиятельному депутату. Тем более — есть кому взимать плату: на 450 депутатов приходится примерно 1,5 тысячи бывших полковников и генералов спецслужб и правоохранения. Эти знают и расценки, и технику «сборов». По свидетельствам некоторых российских СМИ («Аргументы неделi», «Новая газета» и др.) плата только «за вход» к вице-премьерам правительства составляет несколько сот тысяч долларов (колебания зависят от относительной значимости, «удельного веса» искомых преференций). В губернаторствах расценки, естественно, поскромнее. Об этой практике хорошо осведомлены и зарубежные бизнесмены, финансисты, которые подобные расходы в России (равно как и в Африке) проводят в сметах особой строкой. Естественно, что положительное решение по просьбе такого визитера обходится последнему уже несопоставимо дороже – в долях (изрядных») от ожидаемых преференций («откатах» – в терминологии чиновных паскуд, и «откатах» на «откаты», когда дело перешло уже в уголовное).

Торговля должностями естественно и просто (совесть как помеха отсутствует) многообразится почти столь же массовой и регулярной торговле государственными наградами, учетными и почетными званиями. А заодно — и сертификатами о высшем образовании, присвоении ученых степеней. Недавняя проверка прокуратуры выявила, что около 20-25% работников ГАИ столичного ГУВД имеют «покупные» дипломы о среднем специальном и высшем образовании, необходимых для аттестации на офицерскую должность. Маленькая иллюстрация по теме: «Евдокушин Александр Васильевич, 53 года. Образование — техникум, хотя многие его коллеги и подчиненные сомневаются в том, что Александр Васильевич добросовестно постиг весь учебный процесс: во-первых, он поступил в него, уже будучи в Москве, в погонах, и многие его коллеги по МВД как-то легко становились тогда выпускниками того же техникума.

Во-вторых, по рукам подчиненных до сих пор ходит ксерокопия диктанта, их командира, в котором на 13 строк текста около 20 ошибок, и, в-третьих, – за полковником записывают и увековечивают сказанные и написанные им перлы типа: «Комар носа не подкопает», «Что у пьяного на уме, то у трезвого на голове», «палка на двух концах» и так далее…». (Юрий Гейко. «Отменяй поворот прямо». «Новая газета». 14.03.2011г.).

По свидетельству тех же СМИ процесс торговли образовательными сертификатами набрал такие обороты, что появились отнюдь не экзотические случаи практикующих врачей без реального медицинского образования, таких же педагогов. О тех, кто «окончил» высшие учебные заведения, оплачивая почти каждый экзамен уже и не речь – «имя им легион» (вернее, легионы). Со всеми проистекающими из этого следствиями, естественно: непрофессионализм в любой сфере современной жизни аукается часто большой кровью. Это — в дополнение к увесистому довеску всероссийского «коррупционного налога», который обходится студентам, соискателям за курс обучения в несколько миллиардов долларов.

В России есть еще один неиссякаемый, «незамерзающий» источник умопомрачительных коррупционных доходов — сфера таможенных и акцизных платежей. Только по порту «Находка» коррупционеры из таможни и сотрудники спецслужб (по далеко не полным данным, естественно) «заработали за год не один десяток миллионов долларов. А бюджет «опустили» при этом уже на сотни миллионов «зеленых». А таких портов – в России – несколько десятков (включая сюда и аэропорты). Суммы бюджетных «протечек» получаются ошеломляющие.

«Гонорары» коррупционеров из налоговых органов за помощь в «оптимизации» акцизных платежей не поддаются, естественно, точному исчислению. Есть только некоторые косвенные «свидетельства»: в СССР «пьяные» доходы формировали четверую часть бюджета союзного государства. Чего хватало с лихвой на оплату военнослужащих, учителей и врачей всего СССР — вместе взятых. И еще кое на что «по мелочи». Ныне в значительно меньшем бюджете РФ акцизные сборы за алкоголь составляют где-то около 1%, при том, что потребление чистого спирта на каждую душу российского населения возросло с 8 л чистого спирта времен СССР до 18 л. в нынешней России (двукратно превысили критический порог, после которого начинается вырождение и вымирание этносов).

При этом обязательно следует отметить присутствующую здесь очень важную деталь: 9/10 (по крайней мере) алкогольного бизнеса принадлежит высшему чиновничеству, в столице и регионах, принося им (а не казне) десятки миллиардов долларов в год. Хоть некоторым оправданием повального российского пьянства до сих пор было то обстоятельство, что «пьяные» деньги шли-таки в бюджет, а из него — на жизнеобеспечение общества. Как это было установлено на Руси изначально: «Пить, грязно ругаться и кланяться в пояс господам Россия научилась одновременно. Сама не заметила как. А со стороны-то приметнее…

В словаре посла Герберштейна» (1517-1526 годы) нет ни одного бранного слова…И вдруг у дипломата Якоба Ульфельдта (1578 год) находим и «сукина сына», и «пойдем к матери», и «pledin sin». Итак, русские принялись материться «внезапно». Странно. А что случилось в это время еще?

Иван Грозный открыл «царевы кабаки». Госмонополия на спирт была в стране еще с 1474 года. Но напитками в розницу торговали частники. Им и доставалась львиная доля прибыли, царь решил исправить упущенное. Теперь в кабаки чуть ли ни на аркане тянут, объясняя «пьешь – значит помогаешь казне, стране, царю». Отдан негласный приказ: всем наливать в долг, лишь бы пили. Результат? Англичанин Флетчер (1588 год) пишет: «Вы нередко увидите людей, которые пропили все с себя, ходят голые. Пока они сидят в кабаке, никто и ни под каким предлогом не смеет вызвать их оттуда, потому что этим можно помешать приращению царского дохода». (Евгений Арсюхин. «Суверенное хамство». «Известия». 24.03.2011г.).

Ныне свободы напиваться любыми пойлами мотивируется несколько иначе: свобода личности (особенно пьяной, не просыхающей!), права человека и т.п. А что хорошо собственникам винокурен и питейных заведений — полагается превосходным для России. Выморочные же циклы «идеологии» частной собственности предлагают считать великим благом санации общества от слабых духом. Или попросту процесс стараются не замечать.

Размах всероссийской коррупции (напомним – речь идет о сотнях миллиардов долларов ежегодно), неведомый доселе миру, конечно же, не поддается точному исчислению. Можно, разве что, весьма приблизително попытаться выделить во всероссийском коррупционном процессе еще и иерархические «доли» и степени коррумпированности различных иерархических уровней чиновных структур.

Есть все основания числить «маршальские» и «генеральские» уровни всех чиновных структур коррумпированными, как минимум, на 99%, а их долю в коррупционном налоге на население исчислять не менее, чем в 40-50%. «Полковничьи» уровни (среднее чиновничество) коррумпированы в той же мере («селектированный» человеческий материал того же богоборческого качества), доля же их, несмотря на большую численность, не менее чем на порядок, составляет, пожалуй, около 30% общей «коррупционной выручки»: берут-таки «по чину» – иное чревато жестоким наказанием от «вышестоящих» коррупционеров.

Остальные 20% «добирают» так называемые «низшие чины», составляющие ¾ численности чиновного корпуса. Уровень коррумпированности которого можно оценить процентов на 80%: здесь и новички, которые не примут практики мздоимства и вскорости будут исторгнуты из сословия на первых же этапах своей служебной карьеры. Но и пятая часть общероссийского «коррупционного налога» может по тем же оценкам приближаться к 60 млрд. долларов. Что значительно превышает бюджетные выплаты учителям, врачам, военным. И если в бытность СССР коррупционеры, присваивая себе до 1/10 национального прибытка, тратили эти «сбережения» внутри страны, то сотни коррупционных миллиардов ныне на ¾ выводятся за рубежи (обретения собственности, недвижимости, «культурный отдых» миллионеров и т.п.). То есть, кровь экономики ополовинивают, а как донорскую не используют в родном социуме – отправляют марсианам на хранение. Оставляя свою экономику обескровленной.

Упомянутые выше лишь некоторые социальные ущербы, причиняемые народонаселению всероссийской коррупцией, к сожалению, не единственные и есть многие другие – гораздо больше числом и тяжелее следствиями. В числе каковых, бесспорно, следует указать, прежде всего, критически низкий уровень управленческой, служебной деятельности чиновничества. Чья мотивационная доминанта слагается прежде всего из стремления оптимизировать свои личные прибытки с помощью искусного манипулирования своими служебными полномочиями, возможностями, в том числе и в семейных бизнесах. Интересы службы, государства здесь в лучшем случае, вторичны. В таком состоянии находятся все иерархические уровни всех чиновных структур, что определяет практически полную безответственность, безнаказанность за некачественную работу, служебные упущения: служебные промахи, как правило, откупаются деньгами с «отбиванием» их потом еще более интенсивным мздоимством, злоупотреблениями полномочиями. Чиновники – бизнесмены — и наихудшие управленцы, и поганые предприниматели преимущественно с бицепсами под черепными коробками вместо современных калькуляторов.

Итог такой ситуации на протяжении последних двух десятилетий русской истории – накоплении груза все более неразрешимых национальных проблем, ни одна из которых сколько-нибудь удовлетворительно не избывается. А удержания кое-как на плаву государства происходит только за счет части (неразворованной) прибытков от высоких цен на газ и нефть.

И вся эта подвергшаяся порче биомасса нынешнего российского чиновничества ни на что не пригодна и не сможет трансформироваться во что-то работоспособное, толковое в отпущенное ей (до выхода на пенсию, а нам – на погост) время: «селектированные» во власть через коррупцию, а не по деловым и моральным качествам не подлежат никакой переделке, хоть их расстреливай пачками. Оставаясь же во власти на всех ее уровнях, во всех «ветвях», эта публика воспроизводит эту самую власть только из себе подобных во все более качественно худших (по всем параметрам) модификациях. Что уже становится не просто тормозом для нормальной экономической жизни, а бесконечным, повсеместным чиновничьим «гоп-стопом». О чем недавно в интервью РЕН-TV поведал один из менеджеров шведской компании IKEA, объяснив, что сворачивает свой бизнес в России исключительно из-за наглого, неприкрытого вымогательства миллионных взяток чиновниками. И при этом еще поделился своим горьким впечатлением в том смысле, что в Швеции можно стать миллионером, занимаясь много, толково бизнесом. А в России, чтобы стать миллионером (долларовым, естественно) нужно всего лишь стать мэром небольшого города (заштатного Мухосранска). Потому-то по сию пору – длиннющие очереди желающих проломиться любыми паскудствами (подкупы, покупка должностей — самые «достойные» в этом ряду) во власть, где есть хоть какие-то возможности «конвертации» должностных полномочий в живые деньги или есть хоть-какие бюджетные ручейки или земли для выделения под коттеджи. И этот «кадровый резерв» гарантировано определит гарантированную коррупционную порчу чиновного сословия и в обозримом будущем. Если, конечно, все эти технологии «селекции элит» останутся в России неизменными (а признаков радикальных перемен — другие бессмысленны — не усматривается ни в чем). Пока же все что пытаются делать здесь -только бесконечные попытки скрыть отвратительные рожи российской коррупции под густым гримом или раскрашенными масками на разные лады.

Впечатляющим следствием российской коррупции стало тяжелейшее положение мелкого и среднего бизнеса в России, который бесчисленное мелкое чиновничество (более миллиона поголовья) обгладывает со сноровкой пираний, превращающих тушу кабана за несколько минут в анатомический экспонат безо всяких специальных технологий. При том, что чем грозные окрики из Кремля, тем пуще коррупционная активность чиновных пираний. Об этом в один голос говорят все предприниматели «малого калибра», которых интервьюировали российские СМИ последнее время. И о чем пойдет разговор на заявленном на 26 мая 2011 дне протеста представителей малого бизнеса России: «Малый бизнес готовит правительству праздничный сюрприз 26 мая, в день предпринимателя планируется всеобщая забастовка…За последние два года все как один чиновники сколько-то высокого уровня по много раз высказывались на тему развития и поддержки малого бизнеса. В конце прошлого года президент Дм. Медведев назвал его «таблеткой от кризиса», пообещал налоговые льготы и льготные кредиты на 250 млрд рублей. Так же первое лицо государства посулило «снять с «малышей» ярмо разнообразных сомнительных административных проверок». Тогда же на тему малого бизнеса выступил и премьер-министр В. Путин. Он отметил: малые предприятия кормят треть населения РФ и тоже намекнул — скоро они получат налоговые послабления.

На практике вышло ровно наоборот. Поэтому малым предпринимателям не терпелось расспросить чиновников – почему говорят одно, а делают другое. Все ждали, что кто-нибудь из них заглянет на форум. Не появился никто. «После этого мы поняли, что наши проблемы в правительстве по-прежнему никого не волнуют», – рассказывает делегат съезда свердловский предприниматель Михаил Кудрявцев.

Что касается правительственной денежной помощи – похоже, по дороге она растворилась в воздухе. Как показал опрос ВЦИОМа, которые прошел в 22 регионах – о самом существовании такой поддержки слышали очень немногие предприниматели. 87 % из них в помине не видели никакой антикризисной помощи и не знают о ней. При этом треть из оставшихся 13%, которые получили хоть какое-то вспомоществование, давали за это взятки в размере до половины суммы, выданной государством на поддержание штанов». (Константин Гурдин. «Малый бизнес готовит баррикады». «Аргументы неделi»/ 10.03.2011г.).

Теряет не только экономика (занятость трудоспособного населения, снижение налогооблагаемой базы и т.п.) – непомерный (по мировым меркам) коррупционный налог неизбежно оборачивается низким качеством продукции, услуг, всевозможными мошенничествами по отношению к массовым потребителям- пользователям. Прежде всего — массовыми изготовлениями фальсификатов в сферах производства продуктов, медикаментов, алкогольных и прочих напитков. Совсем недавно в «Известиях» были опубликованы следующие данные: в России в настоящее время фальшивыми являются около 80% коньяков и 60% вин. Немногим лучше обстоят дела с выпускаемыми колбасными изделиями, рыбными полуфабрикатами и др. продуктами массового спроса. Роспотребнадзор постоянно занимается по каналам электронных и печатных СМИ ликбезом. Что, правда, практически нисколько не улучшает ситуации. И «дорогие россияне» в изрядной части «потребительской корзины» (в лучшем случае), травится опасным алкогольным пойлом. Что немало ускоряет выморочные процессы населения. В которое входит и все поголовье занятых мелким и средним бизнесом. Но не входят поголовье коррупционеров – их доходы позволяют покупать зарубежные, экологически чистые продукты, запивая их первосортными французскими коньяками, винами, шотландским виски, лечиться в дорогих частных клиниках или первоклассных ведомственных санаториях, отдыхать на лучших курортах мира. Сейчас это в России — многомиллионное хорошо обустроенное, раскормленное, холеное племя. Ничего, кроме вреда, взамен не приносящее стране.

Губительными для России следствиями «откатной» разновидности коррупции вкупе с еще одной разновидностью – «семейным бизнесом» чиновников – являются дороги, строительство которых осуществляется по ценам в 3-5 раз дороже европейских. но с качеством во столько же раз хуже. Аналогично – разработка и выпуск современных видов вооружений (всех без исключения), транспортной авиации. Именно по этой причине в России — до 80% износ производственных, энергетических мощностей, транспортных средств, лифтового хозяйства, городских коммуникаций. С чем коррумпированное чиновничество ни за что не справится — хоть живьем их топи в прорубях. А вот красть на все манеры и лады они будут продолжать при любых выпадах в свой адрес наших первочиновников этого и последующих призывов, примерам – свежайшим — несть числа. Один из самых рядовых, обыденных: «Одним из объектов «Мостостроя-13» является строительство моста через пойму реки Юрибей на полуострове Ямал…

- По версии следствия, генеральный директор ОАО «Мостострой-13» Владимир Горшков по предварительному сговору с гендиректором ООО»Сигма» Михаилом Черепановым в период с сентября 2009 года по март 2010-го, используя заведомо подложные договоры строительного подряда, совершили хищение денежных средств ОАО «Мостострой -13» в особо крупном размере – на общую сумму 843 миллиона 697 тысяч рублей…». (Владимир Николаев. «Миллиард рублей упал с моста». «Известия». 24.03.2011г.).

От подобных примеров в российских новостных потоках рябит в глазах.
Высокие коррупционные поборы – причина бегства капиталов за границы, отсутствие желающих вкладывать деньги в промышленные производства. По той же причине – практическое отсутствие инвестиций из-за рубежей в нашу почти обнуленное промышленное производство, а те что наличествуют – только в нефть, в газ, в ресторанный и торговый бизнес с коротким сроком оборота и быстрой окупаемостью затрат.

Западные аналитики за сложившуюся практику поборов властвующими, контролирующими, разрешающими чиновниками «аттестовали» политический режим в РФ как клептократию. Что, естественно, никак не стимулирует приток иностранного капитала в наукоемкие и другое производственные отрасли с «длинными» циклами. Справедливость определения режима власти как клептократии особенно наглядно подтверждает состояние правоохранения, работа правоохранительных органов в РФ. Которым свойственно ныне и «крышевание» оргпреступности (совместное взимание бандитско-коррупционных налогов, как это было продемонстрировано в станице Кущевской Краснодарского края), активное участие правоохранителей и спецслужб в так называемых рейдерских захватах чужой собственности. И, естественно, самое мощное силовое «сопровождение» семейных бизнесов. Что практически перечеркнуло существование в стране режима законности, правопорядка. Процесс продвинулся настолько глубоко, что даже председатель Конституционного суда РФ Валерий Зорькин в интервью «Российской газете» (10.12.2010) предрек распад государства уже через 10 лет, если сложившийся «симбиоз» криминала и властей не будет разрушен. Естественно, «паровозом» в этом коррупционно-бандитском альянсе являются «силовики». Именно структуры силовых ведомств являются базовыми в сложившейся и укрепившейся до неприступности (нынешними «правовыми» средствами) должностной организованной преступности. Когда подчиненные занимаются вымогательствами, рейдерством, «крышеванием» нарокоторговли под защитой собственных начальников, имеющих свою долю в криминальных прибытках подчиненных. К «внутриведомственным» организованным должностным преступным группам присоединяются «коллеги» из администраций территорий, контролирующих органов, федеральных финансовых институтов, банков. И образуется нечто, о чем много сообщалось в Российских СМИ: «Жители Приамурья объявили тотальную войну подпольным казино и залам игровых автоматов. Как писала местная газета «Амурская правда», это дело местные правоохранительные органы не хотят расследовать потому, что всем в городе известно, что само же руководство УВД и «крышует» этот грязный бизнес, взамен своего бездействия имея 30 процентов от оборота…

Вокруг глухая стена и непробиваемая оборона тех, кто по долгу службы должен блюсти законы, защищать граждан, – цитирует жителей региона МК. – Ни о каком расследовании сети подпольных казино речь не только не идет, а здесь все с точностью до наоборот….

Местные СМИ проблему замалчивают, ответственные органы не реагируют, а Благовещенск погрязает в сети заведений, несущих зло и горе, несмотря на федеральный закон, который никто не отменял. Где же правосудие и справедливость?». (Петр Алексеев. «Кто «крышует» игровые клубы Приморья?». «Известия». 18.03.2011г.).

Именно организованная противоправная (во многом – преступная) деятельность правоохранителей надежно защищает (вместе со структурами общеуголовной организованной преступности) подпольные публичные дома, наркопритоны (и оптово-розничную наркоторговлю), производство «левого» алкоголя и алкогольных напитков. А то и вовсе обычный бандитский рэкет, как о том многократно сообщалось в электронных и печатных СМИ. От чего пытаются вроде бы избавиться высшие руководители государства и правоохранения «суперрадикальным» образом – преобразованием милиции в полицию.

И как довесок к перечисленным выше следствиям запредельной коррумпированности правоохранителей – практическое прекращение хоть сколь-нибудь сдерживающей коррупцию карательной практики государства за имущественные преступления. Даже по тем немногим уголовным делам за взятки (относительно численности потенциальных мздоимцев — чиновников) к лишению свободы судами приговаривается только незначительная часть (дай Бог 1/3) привлеченных к уголовной ответственности, как правило, чиновная мелюзга. Конфискация – основной стимулирующий сдерживание коррупции фактор в «цивилизованных» странах – в российском законодательстве отсутствует вовсе. О китайской практике расстрелов мздоимцев в России и речи не ведут. Коррупционерам в России со стороны правоохранителей обвальных конфискаций, длительных отсидок, расстрелов – кроме как изрядных «откупных» – практически ничего не грозит.
Государственные контролеры во всех этих ипостасях тем более никакая не сдерживающая коррупцию преграда – сами во главе процесса. Отчего наши границы – решето в обе стороны, но платное, по известным (хоть и высоким) фиксированным ценам. Благодаря чему во многом Россия превратилась в мировой рынок сбыта продуктовых, иных отходов — отовсюду. Что, естественно, внесло свою существенную лепту в снижение иммунитета, репродуктивной способности, сокращения сроков жизни населения РФ.

Есть еще одно малоизвестное, но весьма ядовитое следствие всероссийской коррупции — немыслимое ни в какой цивилизованной стране расслоение общества. Если в европейских странах основной измеритель этого состояния – децильный коэффициент — колеблется в пределах 7-9, то в России (по официальным щадящим замерам) 21 и более. В Москве, где концентрация высокостатусных коррупционеров по понятным причинам наивысшая в стране, этот коэффициент составляет 53. Все это вместе с вызывающей роскошью жизни нуворишей и их подражателей калибрами помельче создали в российском обществе такое напряжение (проявляемое пока только в жестокости и стабильном росте числа общеуголовных проявлений подростков и молодежи), что случись в любом городе, регионе России (а то и повсеместно) нечто подобное событиям в Тунисе или Египте, массовые грабежи, мародерства захлестнут страну пострашней японского цунами. Особенно если помнить об «опыте» египетских мародеров, среди которых было достаточно самих переодетых полицейских и военных, которые лучше прочих знали, что у кого где лежит из наиболее ценного. В нынешней России с ее покореженными до неузнаваемости принципами законности и социальной справедливости не будет ничего похожего с тем, что имело место в Японии после землетрясения и цунами: «…Мародеров в Японии нет. Больше того, в одном из блогов я обнаружил такую ссылку на статью из американской газеты: «Члены «семей» Якудзы (японская мафия) формируют отряды, которые ходят по улицам городов как сотрудники полиции, чтобы убедиться в том, что во время кризиса не происходят преступления. По словам одного из боссов якудзы, «во время кризиса есть не якудза, гражданские лица или иностранцы» – есть только люди, и мы должны помогать друг другу».

Если привосокупить к этому тотальное отсутствие паники в районах, пораженных землетрясением, цунами и радиацией, безупречный порядок в очередях за питьевой водой и продуктами, а так же то, что цены на продукты не только не повышались, но даже и снижались, то японскую версию апокалипсиса можно считать провалившейся.

Потому что апокалипсис — это когда все против всех…
А уж о мародерстве в России и говорить нечего — оно и повсеместно при любом пожаре, наводнении и другой напасти». (Игорь Зотов. «Мародеров нет». «Известия». 24.03.2011).

Именно эта нынешняя национальная российская особенность, на порядки усиленная непотребствами племени «новых русских» коррупционеров, может стать динамитом, который при взрыве разносит государство и общество. Кроме, естественно, тех групп предусмотрительных именитых казнокрадов и мздоимцев, кто уже давно вывел все свои сбережения и вывез на постоянное жительство за рубежи свои семьи.

Ну и еще одно, пожалуй, самое маловыразительное, но весьма печальное для нас следствие всероссийской коррупции, задушившей, по сути, и экономику, и бизнес, и правопорядок и прочая, – бесповоротное, законченное смещение «интересов правящего слоя» (вкупе с крупными собственниками из родни и друзей), исключившее из жизненных устремлений этих господ любые национальные, государственные интересы России и включившее в их интересы цели, устремления мировой финансовой и деловой элиты. С эпицентрами преимущественно в Нью-Йорке и Лондоне. Как это работает — в материале недавней публикации по теме: «США заявили о неприемлемости для них Путина. И это автоматически означает выбор ими в качестве президента Медведева. Учитывая влияние Вашингтона на правящих представителей нашей «официальной аристократии», чьи семьи и активы давно вывезены на Запад, можно признать: ключевой избиратель на выборах 2012 года уже проголосовал…

При всем этом либеральный клан, как представитель одной из коррупционных частей бюрократии, заинтересован в углублении коррупции… Целостность страны, насколько можно судить, не является для него высшей ценностью. И Россия может быть по-горбачевски дезинтегрирована после 2012 года. С точки зрения правящей тусовки – от беспомощности и для «заметания следов» своего «эффективного менеджмента». (Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации, д.э.н. «Новая политическая реальность». «Аргументы неделi». 24.03.2011г.).

Подобная ситуация с российской «элитой» – уже не пропагандистский тезис заполошных патриотов, а давно свершившийся факт. Еще более трагический от того, что значительно большая часть высокостатусной бюрократии (коррупционно самая «дорогостоящая») еще продолжает пребывать и функционировать в России, но исподволь перемещает в Европу или США свои «прибыли», образуя в тамошних элитных учебных заведениях своих детей, внедряя их этим в ряды «мировой закулисы».

Следствия из оного – самые тяжелые для русских (при том, что национально-патриотическая риторика этих господ мало чем уступает риторике лидеров националистов): практически полное небрежение национальными интересами «дорогих россиян» по всему их «меню». Здесь же — почти полное равнодушие к организации и контролю за исполнением даже президентских и правительственных инициатив, проектов. Отчего все в стране делается кое-как или откровенно плохо. Как в очередном (вполне рядовом в общей массе событий) примере: «Автотрасса до «Сколково» ценой шесть миллиардов разрушилась меньше чем за год.

Новая автодорога от МКАД до инновационного центра «Сколково», которую весьма помпезно открывали в июне прошлого года, уже нуждается в кардинальном ремонте, пишет деловое издание «Маркер».

По его данным проверка,…обнаружила износ асфальта по всей протяженности трассы, протечки воды в тоннеле, деформацию моста через реку Сетунь и даже провал покрытия на пешеходном переходе. Все это, по мнению технических специалистов произошло по причине недоработки проектной документации, некачественного выполнения работ и применения дешевых материалов, отмечается в статье…Общая протяженность дороги до объекта, который по идее Медведева, должен стать аналогом американской Кремлевской долины, составляет 5,34 км». (Новости NEWSru.com. 28.03.2011г.).

Именно по такой «технологии» реализуется в России все управленческие решения на всех иерархических уровнях всех сущих «ветвей» власти: не вредительство, а густопсовая халатность, небрежение доброкачественным исполнением своих обязанностей, заматеревшие от длительной безнаказанности орд столичного и поместного чиновничества. Проистекающей от полного равнодушия (усиленного неумением, незнанием) «верхних» чинов к исполнению своих «верхних» управленческих функций по упомянутой главной причине – полному несовпадению их личных («забугорных» уже) интересов и интересов государства, которым волею случая и обстоятельств им пришлось управлять. Так оно и пребудет: у российской клептократии совершенно иные служебные мотивационные доминанты, чем у правящих «элит» Китая, Японии и даже тех же США. И действует эта соборная «всороссийская воровайка» по «управлению» страной кое-как вовсе не из осознанного злобного, непримиримо враждебного умысла к России и русским, а исключительно по логике самых простейших паразитов, вроде глистов, которые воспринимают любую среду своего обитания, «жизнедеятельности» исключительно только как питательную для своих внутренних нужд. По причине, прежде всего, того, что коррупционная «селекция» в структурах чиновничества на всех уровнях их иерархии рекрутирует в органы власти и управления только все худшее (в нравственно-духовном смысле), что есть в человеческом наполнении российского социума. У которого отсутствуют такие важнейшие для управленцев качества, как совесть, потребность служить интересам Отечества, нации. Казалось бы сущие пустяки. Но без которых не обрести никогда качественного управления. Хотя бы на государственном уровне, то есть управление по интересам общества, а не небольшой (относительно) группы высокостатусных социальных паразитов.

И никакой другой «элиты» вместо этой в России в ближайшее время не появится: и места прочно заняты (сцементировались с управленческими задницами намертво) и торговля должностями как главная технология подброа, расстановки и воспитания «руководящих кадров» процветает и ничто и ниоткуда ей не угоржает. Потому и процесс воспроизводства в России только проамериканской, прозападной элиты со всеми из того проистекающими гробовыми для нас следствиями никуда в обозримом будущем не денется — какие бы декоративные и пафосные особи ни олицетворяли собой первочиновников нашего государства по итогам грядущих выборов (или перевыборов). «Венчает» набор перечисленных следствий тотальной российской коррупции «управленческой» деятельности режима клептократии стабильно выморочные, деградационные процессы России темпами (по данным съезда демографов трехлетней давности в Москве – исчезает две деревни в сутки, в год — небольшая губерния). Свидетельством чему — опустевшие (и продолжающие пустеть) пространства Сибири, Дальнего Востока, Севера и Северо-запада и центральных областей России. Кто еще из «яйцеголовых» двух столиц сомневается в этом – пусть проедет по Псковской области и для сравнения заглянет в приграничные районы Белоруссии.

Ближайшее будущее состояние с убылью и деградацией российского населения (несмотря на предвыборную суету наших первочиновников) не сулит ничего хорошего: «Нервным людям этот материал лучше не читать. И слабым здоровьем тоже, потому что речь пойдет о невероятных вещах, которые сегодня происходят в России. Более 10 миллионов российских женщин тянут своих ребятишек в одиночку, без мужа. У некоторых из них по два-три, а то и по четыре ребенка. Помощь государства — минимальная. Убогая социальная политика, а вернее будет сказать, ее полное отсутствие, уже привело к тому, что среди матерей-одиночек прокатилась волна самоубийств. Что прискорбно, в нескольких случаях эти несчастные предпочли уйти из жизни не в одиночку, а вместе с детьми.

10 последних президентских Посланий (их озвучивали, то Владимир Путин, то Дмитрий Медведев) постоянно затрагивали проблемы материнства и детства. И обещали скорую адресную помощь. Но в жизни матерей-одиночек и их детей почти ничего не изменилось. Вместо 79 рублей помощи (в месяц) они начали получать 132 рубля. Что можно купить на эти деньги? Плитку горького шоколада?

Но вот недавно на прилавках книжных магазинов появилась книга «Мусорное поколение». Она принадлежит перу известного американского социолога Даниэля Эмнеуса. Он приводит в своей книге любопытную статистику: дети, которые растут без отца по сравнению с детьми из полных семей в восемь раз чаще попадают с тюрьму. В пять раз чаще совершают самоубийства. В 20 раз чаще становятся насильниками, в 32 раза чаще убегают из дома, в 9 раз чаще бросают школу…

В России 80% многодетных семей находятся за чертой бедности». (Надежда Попова. «Вкус горького шоколада». «Аргументы неделi». 14.04.2011г.).

Вот еще одно – типично российское следствие никакой государственной политики режима клептократии: «Подростковая преступность в Москве за последний год упала на 23 процента….В то же время эксперты с тревогой отмечают: юные бандиты стали более жестокими…

Пресс-секретарь главы ГУВД Елена Алексеева пояснила «Известиям», что большинство подростковых преступлений носят имущественный характер:
- «Это кражи, грабежи, разбой. Здесь почти все дети из бедных семей…».
Причины резкого снижения подростковой преступности объяснила Тамара Мешкова:
«Просто подростков стало меньше. В конце 90-х рождаемость резко снизилась… Но
неблагополучных семей меньше не стало». (Дмитрий Евстифеев. «Подростковая преступность стала злее». «Известия». 14.04.2011г.).

Безлюдье российских просторов «украшают» варварски вырубленные леса и поросшие подлеском некогда плодоносные поля. Появившиеся в немногих вымерших российских селах люди говорят на азербайджанском и иных языках народов Кавказа. Процесс идет третье десятилетие, разрастаясь, ширясь вместе с разрастанием вширь и вглубь российской коррупции. «Борьба» с которой не прерывалась и имела (и имеет) только один видимый, ожидаемый впечатляющий весь мир результат – разрастание. Как если бы пьяные или куражащиеся пожарники тушили горящее здание, подбрасывая туда ведрами керосин вместо водицы. Так «тушили» коррупцию при первом первочиновнике РФ, так «тушат» и при третьем — в качестве иллюстрации нынешней российской коррупционной ситуации очередная вполне рядовая публикация: «Не важно, о каком бизнесе идет речь – о продовольственном ларьке или о крупной иностранной корпорации, страхи у владельцев этого бизнеса одинаковые. Многочисленные надзорные органы будут мучить проверками. Ни одно дело не сдвинется с мертвой точки, пока не заплатишь конкретному чиновнику. На правоохранительные органы надежды нет, потому что у них собственные интересы. Попытки доказать свою правоту в суде бесперспективны, потому что действует «телефонное» право, а в идеале слепая и беспристрастная Фемида уже давно прозрела». (Александра Пономарева. «Деньги весеннего призыва». «Известия». 02.03.2011г.).

Не имея возможности не замечать зловонной гнили разложившейся власти (которая для самих коррупционеров, включая «верхних», – аромат амброзии), нынешние олицетворители режима клептократии пытаются крикливыми, шумными, но абсолютно безопасными для коррупции «мерами» убедить «электорат», что они истово борются с гангреной власти. Например, тем, что ввели «убойные» штрафы для дающих-берущих взятки (которые применить тоже так же неподъемно тяжело, как и задокументировать взятку с поличным), или «реформированием» милиции и переименованием ее в полицию. Но тех мер, которые хорошо работают против коррупции во многих «цивилизованных» странах вроде тотальной конфискации у уличенных в коррупции всего, в том числе и добросовестно обретенного имущества, проводить не планируется никаким образом – их наша клептократия предусмотрительно обходит за версту, как пехота минные поля. Образчик того, как что выглядит в практике властвующего чиновничества: «Росфинмониторинг взялся контролировать сведения в декларациях и доходах госслужащих, прописав новые полномочия в законодательстве. У чиновников будут отслеживать состояние банковских счетов, операции с ними, переводы денег за границу и обратно. Пока что финансовые надзиратели делают это в рамках уголовных дел. Эксперты считают контроль полумерой, так как вместе с ним не прописывается ответственность за выявленные нарушения. В странах Европы успешно действует п.20 Конвенции ООН против коррупции, по которому чиновник считается преступником, если его расходы превышают доход. Россия ратифицировала всю конвенцию, кроме этого ключевого пункта». («Борьба с коррупцией по-российски». «Слово». №43-44. 2001г.). Не более, чем имитацией являются и несчастные примеры привлечения высокопоставленных российских мздоимцев к уголовной ответственности: обычно это является проявлением борьбы за контроль над финансовыми потоками, за право распоряжаться ресурсами между различными влиятельными политико-фианансовыми столичными кланами. Либо в процессах противоборств за передел сфер влияния в структурах власти.

Ничего другого, стоящего в борьбе с нашей социальной гангреной этот режим клептократии воспроизвести и не может, и не будет. По вполне понятным причинам:
1. Человеческий материал коррупционными кадровыми технологиями селектирован во власть такого сорта, что ни о каком служении в избранной управленческой сфере речь идти не может – мотивация своекорыстия коренится на инстинктивном уровне обретений, потреблений. Без меры, без остановки. И только. Даже введение жесточайших карательных санкций за небрежение и злоупотребление (вплоть до расстрелов) не могут изменить природы ныне обретающихся во власти. Их можно только «вычищать», а выброшенный материал либо отжимать досуха, освобождая от наворованного. Либо, если изъятие похищенного невозможно, – помещать их в пожизненные долговые ямы на принудительные работы хотя бы по восстановлению уничтоженных с помощью этих коррупционеров лесов.
2. Клептократия представляет собой единый социальный организм на всех его иерархических уровнях во всех «ветвях» – с единой «нервной системой», одинаково реагирующей на все реальные или возможные опасности, возникающие для этого новообразования в любой точке социума. Поражение любого элемента, входящего в систему клептократии вызывает ощущение боли у всех остальных и мобилизует весь этот раковый нарост защищаться от опасности, возникающей для каждой своей клеточки. А потому вышестоящие коррупционеры во имя своего спасения не смогут покуситься на нижестоящих, понимая, что налаженный процесс изведения низших коррупционеров обязательно поднимемся и до верхних. Которые и были инициаторами «косметической операции» оздоровления. Отсюда – сколь угодно много шумных пустопорожних «крестовых походов» против коррупции, за которыми нет ничего реально содержательного для изведения этой гангрены. Вот образчик такой имитационной деятельности режима: «Со следующего года налоговая нагрузка на малый бизнес снизится, борьба с коррупцией уже началась, а вступивший в силу закон о полиции наведет порядок в правоохранительных органах. Помощник президента России Аркадий Дворкович обрисовал будущее для предпринимателей…

В будущем планируется свести на нет общение гражданина и чиновника. А значит, и взяток станет меньше…
Брать взятки станут меньше, уверен Дворкович. По его словам, «борьба с коррупцией реально началась». И хотя видимых результатов пока нет, но законодательство изменено. «теперь люди начали верить, что с коррупцией можно бороться», – констатировал Дворкович. Приструнят и правоохранительные органы. Закон о полиции – первый шаг к этому, чтобы навести порядок в прогнившей системе». (Александра Пономарева. «Деньги весеннего призыва». «Известия». 02.03.2011г.).

И такой лабудой эти «борцы с коррупцией» будут грузить головы «дорогих россиян» во весь отпущенный им или нам срок, до тех пор пока «собака сдохнет или хан умрет». Можно воспаленным творческим воображением представить (и нарисовать») змею, жрущую себя с хвоста, но в природе никто такого феномена не встречал и не встретит.

АКАДЕМИЯ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМ

Comments are closed.