последние новости

Опасность и польза Большой воды

Опасность и польза Большой  воды
ЕВРАЗИЯ

Летом 2013 года многие почувствовали себя забытыми в противостоянии буйству стихии и ощутили безразличие власти к трагедии сотен тысяч людей. Будто засыпали в одной стране, а проснулись в другой. Зона бедствия – Дальний Восток. Ушли под воду улицы городов и целые поселения, дороги и коммуникации, предприятия и фермы, школы и больницы, стадионы и рынки. Глава Правительства «работает» в обычном для него режиме. То в Москве решает вопрос ликвидации материнского капитала, то на Черноморском побережье, в поте лица, устраивает спортивные зрелища, то на Подмосковной даче устанавливает лимиты потребления населением электроэнергии, как это было в разрушенной войной стране, а в промежутках уделяет внимание дальневосточной трагедии. Будто ничего не произошло, никакой чрезвычайной ситуации нет. Москва помпезно справляет очередной день города, прокремлевские СМИ с удовольствием смакуют предстоящую Олимпиаду, обсуждают кандидатов во власть разных уровней и достижения действующей власти. П Правительство сделало все, чтобы тектонический разлом разделения общества на «Мы» и «они» состоялся. Точка невозврата пройдена. Все уже по-другому, не как всегда. Ведется лишь активная видимость борьбы, и то со следствием, а не с причинами, о которых власть либо не знает, либо сознательно замалчивает. Народ оставлен наедине с угрозами природы, которые определенны и неизбежны.
Научные исследования и накопленные данные, свидетельствуют о том, что природные катаклизмы носят регулярный характер, обретают формат техногенных катастроф, приводят к росту ущерба. Для России же последствия дальневосточного наводнения могут превысить трагедии Ташкентского землетрясения, Чернобыля, Спитака. И не только разрушительной силой водной стихии, а потому, что на ликвидацию последствий в те годы была брошена мощная государственная машина: наука, армия, строительные организации всего СССР, промышленный комплекс, гражданская оборона. Народ не только ощущал поддержку, но и получал ее, он был уверен, – государство не бросит. Сегодня возможности по ликвидации последствий ограничены в силу частнокапиталистического уклада экономики. Строительные кампании будут работать по заказам государства только по заказам государства, только ради прибыли, а бюджетный кошелек у правительства бездарно растрачен. Для его наполнения самым надежным источником будет население. К тому же, впереди Олимпиада, чемпионат мира по футболу и прочие развлечения, стоимостью в десятки миллиардов долларов. Да и неизвестно, какие еще сюрпризы принесет природная стихия. Впереди зимние холода, а зима на Дальнем востоке довольно суровая, люди просто не выживут без крова и тепла, значит нужно переселять не менее миллиона человек. Куда?
Сохранившиеся после сердюковских реформ остатки вооруженных сил, совместно с МЧС, безусловно, окажут помощь населению, но разместить на зимний период, обогреть, накормить массы пострадавших людей не в состоянии. Тем более, что люди в результате стихийного бедствия потеряли буквально все средства существования, многие к тому же имеют не погашенные кредиты.
Наводнение на Дальнем востоке вызывает ряд серьезных вопросов. Например, ставилась ли перед Российской Академией наук задача прогнозировать подобные метеоситуации; способна ли наука и метеослужба России давать правдивые прогнозы; кто вообще отвечает в стране за подготовку населения, экономических и социальных объектов, инфраструктуры жизнеобеспечения к чрезвычайным ситуациям; почему недавний печальный опыт Крымска ничему не научил власть, почему «частная лавочка «Русгидро» выходит сухой из воды после трагедии на Саяно-Шушенской ГЭС, Крымска, а снимают и сажают чиновников и специалистов, не имеющих полномочий влиять на деятельность частника?
Но так ли неожиданным и внезапным явилось наводнение для отечественной науки? Оказывается, нет. Наработки советских и российских гидрологов приводят к интересным выводам и предложениям, к сожалению, совершенно не востребованными либеральными властями. Госзаказа на научный прогноз и проектные предложения по борьбе с паводками и наводнениями в либеральные годы просто не было, хотя ежегодно таковые происходят в различных регионах страны. Чтобы не выглядеть провидцами и предсказателями сошлемся выводы академической науки.
Опасность наводнений на реках свойственна всему дальневосточному региону. Она особенно значительна в бассейне р. Амура, что усиливает фактор неопределенности в экономической ситуации и социальной сфере. Наводнения здесь обусловлены высокими и быстрыми паводками на реках, вызываемыми летними муссонными дождями. С начала 1930-х гг. до настоящего времени на Амуре и крупных реках его бассейна (Зее, Бурее, Селемдже и др.) зарегистрировано более 600 наводнений, из них более 60 – катастрофические. Это факты. Разве ежегодно повторяемые летние муссонные дожди можно относить к разряду стихийного бедствия? Очевидно, нет!
Так и просятся вопросы по теме. О защите населения от бедствий, о повторности таких явлений, о виновных, о том: кто, что и когда сделает, чтобы не допустить подобного. Был ли эффект от прогнозов погоды и расчетов модели наводнения с учетом данных синоптиков?
Тут можно сказать, что даже самые точные прогнозы, не предотвращают наводнение, а дают возможность принять меры по упреждению угрозы жизни и здоровья людей и оперативных действий по снижению грядущего ущерба.
В этой связи важно напомнить, что один из основоположников географии как на¬уки, Страбон, при описании гидротехнических систем Междуречья Тигра и Евфрата, рассуждал о наводнениях и отмечал, что «совершенно безразлично, погибнут ли посевы от затопления огромными массами воды, или же от ее недостатка при засухе». Он постулировал как общепризнанное, что лучше всего избыток воды удерживать плотиной.
Именно это предопределяет необходимость комплексного подхода к проблеме защиты от наводнений с помощью строительства плотин и водохранилищ, а их наличие открывает уникальные возможности и колоссальные выгоды. Не только водохозяйственные: ирригация, водоснабжение, гидроэнергетика, водный транспорт и т.д., но многие другие.
Для анализа ситуации и прогнозирования новых бедствий необходима качественная оценка инструментов упреждения и защиты. Чем обладает страна и что у нас в активе?
Итак. В России – два миллиона рек и острый дефицит водохранилищ: всего 1 водохранилище на 1000 рек!!! В бассейне Амура два водохранилища: Зейское и Бурейское. Они не способны полноценно влиять на ситуацию в пиковые летне-осенние периоды. Сезонное распределение стока реки Амур характеризуется следующим соотношением. Весна – 30-40%, лето-осень – 55-65%, следовательно, и время основного наполнения на реках Амурского бассейна не было неожиданным.
Водохранилища обычно образованы плотинами, и степень развития экономики государства характеризуется количеством плотин.
Количество больших плотин в разных странах на 2000 г.
КНР – 24119; США – 6389; Индия – 2601; Япония – 2467; Россия – 62!!! Под большими понимаются плотины высотой более 15 м. Их регистрирует Международный конгресс по плотинам.
Как свидетельствуют официальные данные отставание от КНР в 400 раз, от США в 100 раз и даже от Японии в 40 раз. Водное хозяйство России в сравнении с другими странами ничтожно! Тут есть над чем задуматься.
Отметим, что около 24 тысяч плотин и большая часть водохранилищ Китая были построены государством в новый, коммунистический период плановой экономики. В России же, последние десятилетия, ни плотины, ни водохранилища не создаются, поэтому и новых наводнений не избежать.
Бедствие может возникнуть в любом месте страны, практически в любое время, особенно в весенне-осенний период. Надежных барьеров по нейтрализации затоплений нет, и, к сожалению, строительство их не планируется.
Эффективность, например, Зейского водохранилища доказана многолетней эксплуатацией, однако в целом для амурского бассейна недостаточна. Устройство крупных водохранилищ требует значительных инвестиций и длительных сроков, а также решения ряда социальных и экологических программ. Это дает нам основания рекомендовать иную стратегию, которая предполагает следующее:
1. Постройку на реках каскадов небольших ги¬дро¬узлов. Это позволит рассредоточить инвестиции и обеспечить их ввод в эксплуатацию в короткие сроки. Каждое из водохранилищ невелико, однако ими создается регулируемый суммарный запас, воздействие которого будет более эффективным, чем единичного водохранилища того же объема.
2. Использование в качестве водохранилищ естественных озер (их в бассейне Амура более 60 тысяч). При небольших подпорных сооружениях и практически при отсутствии негативного воздействия будут получены дополнительные регулирующие емкости.
Указанные мероприятия должны быть увязаны в единый комплекс транспортно-энергетической реконструкции рек.
Наблюдаемая повсеместно деградация малых рек может быть преодо¬лена преобразованием их в кас¬кады малых водохранилищ (прудов) и реки Амурского бассейна в этом плане не исключение. Важным является и положительное воздействие водо¬хранилищ на ка¬чество воды. Длительные гидроэкологические исследова¬ния показы¬вают, что в водохранилищах происходит более полное, чем в свобод¬ных реках, разрушение и осаждение загрязняющих веществ. Это обеспе¬чивает реальное самоочищение воды от загрязнений.
Поэтому, прежде чем рассмотреть возможности защиты водохранилищами от наводнений разного генезиса, необходимо указать на некоторые особенности землепользования на периодически затапливаемых территориях (поймах).
Во-первых, небывало активизировалась несанкционированная или санкционированная (юридически безосновательно) застройка пойм. Действующее законодательство отводит в общее пользование полосу суши вдоль берегов водных объектов, признавая ее принадлежностью водного объекта. Однако здания и сооружения нередко возводятся непосредственно у уреза воды, полностью занимая прибрежную полосу.
Во-вторых, в соответствии с рекомендациями по государственному страхованию, в случае наводнения власть должна выплачивать страховые суммы их владельцам. Когда их следует привлечь к ответственности за нарушение законов, приведшее к ликвидации общего права на береговую полосу. Ситуация парадоксальная: население, права которого нарушены, будет через государственные страховые выплаты компенсировать ущербы лицам, нарушившим его право. Застройка и распашка не защищенных искусственными сооружениями пойм не должна допускаться. Но это не исключает традиционного использование пойменных земель для заготовки сена, выпаса скота, сбора лекарственных растений и т.п. Пойма должна быть признана принадлежностью водного объекта.
В-третьих, от поймы защитными дамбами может быть отделена некоторая часть. Юридически это будет освоением защищенного участка, а по отношению к обществу как субъекту общего права на пойму – его отчуждением. При этом ответственность за затопление обвалованных территорий должна лежать исключительно на владельце дамб.
Регулирование речного стока водохранилищами – самый эффективный способ борьбы с наводнениями, и на протяжении многих столетий этот тезис не пересматривался. Одной из важных причин требования непрерывности каскада при созда¬нии на реках водохранилищ в настоящее время становится именно защита от наводнений. С его выполнением обеспечивается двойное регулирование расхода воды верхнего гидроузла и подпорной отметкой нижнего. Это позволяет поддерживать в каждом створе необходимые уровни и определять отметки защитных дамб.
В России, с ее постоянными затоплениями и дефицитом водохранилищ, необходимость и перспективы создания новых водохранилищ даже не обсуждаются. Напротив, владельцы сверхприбыльных гидроэнергетических компаний активно продвигают идею строительства гидроэлектростанций на реках. Спора нет. Это действительно необходимо, но устройство водохранилищ для аккумуляции и перераспределения водных излишков, поддержания уровня для судоходства является первичным. Только после определения координат размещения плотин должны рассматриваются вопросы конкретных мощностей по генерации электроэнергии. Если исходить из пожеланий сегодняшних хозяев гидроэнергетики, то устройство ГЭС в точках «интереса» будет непоправимой ошибкой для страны. Тем более, катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС уже поставила под сомнение их управленческие способности по части выполнения регламента эксплуатации, но не по части извлечения прибыли. Ведь даже построенные гидроузлы, первоначально проектировавшиеся в каскадах, работают изолированно. Это ведет к активным русловым деформациям в не подпёртых нижних бьефах и в зонах переменного подпора водохранилищ. И тут интересы России по комплексному и рациональному использованию водных ресурсов вступили в жесткое противоречие с интересами частного собственника.
Водохранилища защищают от наводнений разного генезиса, но прежде всего, благодаря аккумуляции в них избыточной воды – от наводнений, вызванных прохождением высоких расходов воды. Наводнений такого типа в России – подавляющее большинство. В СССР считалось – 80%. Низкая эффективность борьбы с помощью одиночных водохранилищ (Зейское, Бурейское) известна и необходимость комплексного решения остро назрела. Кроме того, преимущественное развитие теплоэнергетики и автомобильного транспорта, без должного расчета или на основе ложных данных, привело к росту непроизводительных затрат в реальной экономике и может быть преодолено только совместным развитием системы глубоководных коммуникаций и гидроэнергетики. Ведь совершенно ясно, что энергия текущей/падающей воды по своей природе ничего не стоит, в отличие от газа, мазута, нефти или угля и даже атома.
Комплексной реконструкции речной сети России с созданием каскадов водохранилищ, новых глубоководных коммуникаций и использованием водной энергии необходимо приступать незамедлительно. Альтернатив этому нет.
Ученые и эксперты Академии Геополитических проблем на основании выполненных историко-экономических исследований и системного анализа современной ситуации, пришли к заключению, что проектом, реально отвечающим целям всестороннего укрепления Российской Федерации, является инновационный Проект «Волго-Каспийская ось развития».
«Волго-Каспийская ось развития» – это не только Волга и Каспий, это – система водных коммуникаций России и сопредельных с нею стран, по существу – всего Евразийского континента.
Это – реальное укрепление безопасности Российской Федерации и Евразийского континента в целом, безопасности и военно-стратегической, и социально-экономической, и безопасности населения как от избытка вод (наводнений и иных их вредных воздействий), так и от их недостатка.
Это – экономический рост в товарном производстве и формирование условий перехода отраслей экономики на актуальный инновационный уровень.
Это – решение назревших санитарно-экологических проблем.
Это – значительное повышение качества жизни населения.
Проект «Волго-Каспийская ось развития» получил поддержку более 20 руководителей субъектов Российской Федерации, расположенных в бассейне р. Волги и зоне влияния ее соединительных систем (Волго-Дон, Волго-Балт). Снискал одобрение на прошедших в ноябре 2012 г. Слушаниях, в которых приняли участие депутаты Госдумы, представители РАН, общественных организаций, ведущие ученые, представляющие различные научно-исследо¬вательские и высшие учебные учреждения страны. Проект успешно представлен на выездном заседании «Изборского клуба» в г. Ульяновске.
При условии реализации Инновационного Проекта «Волго-Каспийская ось развития», реконструкции речной сети и реструктуризации транспортного, энергетического и водохозяйственного комплексов Российской Федерации, общество получает следующие результаты:
Экономия энергоресурсов и снижение себестоимости продукции:
За счет диверсификации транспортных систем обеспечивается снижение себестоимости продукции в разных отраслях от 10 до 30%. Экономия топливно-энергетических ресурсов может составлять 150 и выше млн. тонн условного топлива в год.
Увеличение производства электроэнергии:
Экономики страны не выйдет на уровень 1980-х годов, дефицит энергии сдерживает все возможности роста. Только новые плотины дают дополнительную генерацию экологически чистой и дешевой электроэнергии. Потенциалы рек России практически не освоены. Производство может быть увеличено в 2,5- 3 раза.
Увеличение с/х производства за счет мелиорации:
В России два миллиона рек, большинство регионов страны по причине острого дефицита водохранилищ и отсутствия мелиоративных систем относятся к зонам рискованного земледелия. Мелиорация сельскохозяйственных угодий способна увеличить производство продукции на 30-50 и более %.
Снижение расходов на ремонт и содержание автодорог:
Затраты на содержание автомобильных дорог в 10 раз превышают затраты на содержание водных путей. Снижение разрушительного воздействия грузовых автомобилей на дорожное полотно за счет диверсификации перевозок, расширяет временные циклы эксплуатации без денежных расходов.
Снижение транспортной нагрузки на Москву и область:
Восстановление статуса Москвы-порта пяти морей и возобновление грузоперевозок водой, снизит не только автопотоки и расходы на регулярные ремонты дорог, но даже позволит увеличить грузооборот.
Снижение негативного воздействия на окружающую среду:
Только на одном километре трассы М-10 «Россия» объем вредных выбросов в окружающее пространство более 2,0 тысяч тонн в год. По прогнозам разработчиков, оптимальная величина снижения в 2-3 и более раз.
Рост ВВП в натуральных показателях:
Реализация Проекта требует загрузки всех отраслей народного хозяйства. Мультипликативный эффект Проекта, с учетом интеграции Волго-Каспийского бассейна с Транссибом и Северным морским путем и выходом в балтийскую и средиземноморскую акватории, предполагает развитие новых, многочисленных участников экономической деятельности, создание порядка 10-15 миллионов рабочих мест. Появление новых налогоплательщиков с объемами 10-15 и более триллионов рублей дополнительно к ВВП страны.
Усиление конкурентных позиций в рамках ВТО:
Доля речного судоходства к 2010 году упала до 1,1%. В США этот показатель в 15 раз выше, в Германии в 23, в Китае в 26 раз. Отсюда и глобальные различия в экономических параметрах.
В Германии средняя дальность пробега измеряется десятками километров, грузоперевозки по Рейну, который чуть шире московской кольцевой автодороги (МКАД), многократно превышают объемы перевозок не только по разветвленной сети волжских маршрутов, но и по всем рекам России. Протяженность рек для сравнения: Рейн – 1233 км; Ока – 1500 км; Дон – 1870 км. В США, на притоке Миссисипи – небольшой реке Огайо, соответствующей нашей Каме, перевозится более 200 миллионов тонн грузов в год, что намного больше всех водных перевозок в нашей стране.
Реализация Проекта дает возможность получения выгоды из транспортировки грузов, форматирует условия и служит активатором роста конкурентных признаков экономики в рамках ВТО.
Укрепление безопасности России и Евразийского континента:
Проект является локомотивом развития не только России. В геополитическом отношении это означает: расширение влияния в форматирование многополярного мира.
Кризис и другие процессы подвели страны Евросоюза к пониманию ими достижения пределов развития своих промышленных показателей. Устремление Европы концентрируется вокруг наиболее перспективного направления, которое может обеспечить хотя бы удержание позиций: – кооперация с развивающимися экономиками АТЭС. Иного, более надежного варианта сохранения достигнутого уровня жизненных параметров не просматривается. Связующим звеном между ними может являться Россия. В отличие от комбинированных путей через множество государств и три океана, кратчайший сухопутный маршрут только через одну страну – Россию. Только Россия располагает возможностями снижения транспортных и временных затрат для перемещения грузов. Транспортно-логистические схемы через Россию отвечают интересам участников международной кооперации, сформатируют новые силы для защиты жизненно-важных коммуникаций общего пользования, сопоставимые и выше сил НАТО и сделает Россию максимально безопасным государством.
Заключение:
Реализация геополитических проектов, в каких-бы странах они не проводились, как правило, не всегда или не сразу отвечает политическим ожиданиям и макроэкономическими достижениями. Инновационный геополитический Проект «Волго-Каспийская ось развития» имеет выигрышные особенности. Положительные результаты в экономике и политике начнут проявляться не после запуска Проекта, а уже с момента государственного Одобрения или Заявления о его старте.
Академия Геополитических проблем не ставит задачу подменить утвержденную распоряжением Правительства Российской Федерации от 27 августа 2009 года №1235-р «Водную стратегию Российской Федерации на период до 2020 года», а предлагает, к примеру, с 2015 года дополнить «Стратегию» новым содержанием, в соответствии с Проектом «Волго-Каспийская ось развития».
Но важнее всех экономических перспектив – Это реализация в данном проекте системных мер по защите миллионов людей от природной стихии, сбережение жизни и здоровья наших граждан.

Президент Академии геополитических проблем,
Доктор исторических наук Л.Ивашов

Действительный член Академии,
доктор географических наук А.Беляков

Comments are closed.