последние новости

Геннадий Водолеев. Произвол (Часть I)

Геннадий Водолеев.  Произвол (Часть I)
СТАТЬИ

Произвол властных, сильных, собственников в житейских смыслах явление понятное, в каком-то “обличье” знакомое практически каждому.
Из исторических хроник еще в школе мы узнаем о произволе рабовладельцев Древнего Рима, крепостников России, плантаторов Соединенных Штатов Америки и о многом подобном, когда человек – раб, крепостной был простым рабочим скотом, с которым вольно было поступать по своему произволу рабовладельцу, помещику, распоряжаться жизнью и смертью этой своей живой собственности. Беспощадный произвол творили завоеватели городов древности, Средневековья, грабя, насилуя, убивая всех, кто чем-то приглянулся или не приглянулся. Правда, военачальники и цари тех времен быстро сообразили, чт о армия, перегруженная награбленным и воевать уже не хочет и больше заботится о сохранности своей добычи, а не о конечных целях похода. Поэтому уже примерно второе столетие мародерство жестоко карается как военное преступление. Известно множество свидетельств, когда немцы на оккупированных территориях России расстреливали своих мародеров по заявлениям местных жителей. Естественно, не из уважения к оккупированному населению, а исключительно из-за боязни разложения армии. Примерно с той же жестокостью в немецкой армии пресекались гешефты тыловиков с армейским продовольствием и немецкие солдаты не торговали сигаретами на черных рынках подобно тому, как это делали потом американские военнослужащие.
До войны с немцами русским, как другим “дорогим россиянам”, пришлось хлебнуть революционного и классового произвола. Позже были японяская оккупация Китая с массовыми расправами с населением, красные кхмеры в Юго-Восточной Азии и нынешние межконфессиональные, межплемменные сведения счетов в странах Африки.
Наиболее впечатляющим в российской истории был период произвола общеуголовной преступности начала 90-х годов, когда шел массовый захват госсобственности страны и свары из-за этого между отдельными чинами, бандитами, со стрельбой, трупами, похищениями детей и т.п. Отстрелялись, поделили теперь это случается эпизодически, демонстрируя психологическую готовность “широких бандитствующих масс” перейти к менее острым фазам насилия и произвола на его основе.
Но нынешний российский властно-криминальный произвол никуда не ушел: как и любой обществнный уклад, сложившись и устоявшись (в персоналиях, кланах, кодлах), он никогда сам по себе не уйдет, не исчезнет. Но будет только мимикрировать под иные, в том числе псевдо-правовые модели, пока вызреют новые обстоятельства и новые силы, которые подвергнут его тотальному изничтожительному антисептическому воздействию.
Ну а пока до того не дошло, произвол является в РФ базисным, основополагающим процессом всего теперь уже общественного уклада. На основе которого процветает около 10% населения страны и деградируют и вымирают все остальные, за исключением, разве что кавказских этносов и натурализированных азербайджанцев с китайцами (и кое-кого еще по-мелочи). Одно из множества подтверждений тому: “число молодых людей в России сокращается из года в год и в течение ближайших 10 лет может упасть на семь миллионов. Неутешительный прогноз подготовили в Министерстве образования и науки РФ”. (“Россия продолжает вымирать”. “Новый Петербург”. 20.06.2013г.).
Композиционный “портрет” этого ныне чисто российского социального феномена “вмонтирован” своими фрагментами, деталями в наши жизненные уклады, общественные, государственные и политические институты в весьма замысловатой манере.
Естественно в государстве как четко иерархированной общенациональной “конструкции” произвол как способ властвования без особой оглядки на законы и традиции “произрастать” только в одном направлении – сверху вниз. Известно, к примеру, что произвольно широко распространившиеся поединки в дворянстве, наносившие существенные небоевые потери боеспособной части армии, были сведены к минимуму только по указам короля и жестким действиям структур, выполнявших в то время полицейские функции. А разбойничий произвол в XVIII веке на торговых путях России был прекращен тоже Высочайшим Указом, по которому дворяне и купцы, подвергшиеся разграблению изгонялись мз своих сословий и лишались собственности. При слабых монархах же главными разбойниками (организаторами самых впечатляющих разграблений) всегда становились особи из вельмож, обретающиеся в “околотронном” пространстве.
И в нынешней России любой произвол имеет истоки либо в попустительстве первочиновников и их окружения, либо в личном участии этих высокопоставленных во всех видах грабежей государства вроде безакцизного ввода в страну громадных партий табачных и алкогольных изделий для “своих” торговых сетей.
Как, к примеру, выглядит произвол в высшем государственном органе, назначение которого – упорядочивать важнейшие процессы жизнедеятельности общества, придавая им законами четкие формы, в российском парламенте. Внешне, по бумагам, все совершается в соответствии с установленными законами разнообразными процедурами: выборы в Думу – на основе добровольного волеизъявления граждан на основе выбора “достойнейшего из достойнейших”: целого ряда кандидатов в депутаты, включенных в список для тайного голосования. В российской же действительности включение в партийные списки для голосования ведущих партий шло либо по чиновным должностям, либо за впечатляющие (миллионы евро) выплаты партийным боссам. За что, к примеру, правящая уже несколько созывов партия “Единая Россия” обрела у общественности титул “партии жуликов и воров”.
Но и это не самый главный вид произвола – те же российские СМИ давно объявили партию власти (“Единую Россию”, естественно) как партию высшего чиновничества и крупнейших собственников. Которая весь административный государственный аппарат использует для протоколирования “убедительной победы” кандидатов своей партии. То есть, использует на полную мощь пресловутый “административный ресурс”. Который превращает любые выборы, включая президентские, в спектакль, скрывающий тривиальное всероссийское мошенничество (о чем вполне обоснованно и заявил, аттестуя прошедшие в России президентские выборы, бывший кандидат в президенты США Маккейн). Что и является произволом в виде постановки декораций (предвыборных процедур), чтобы скрыть произвол манипулирования результатами выборов по своему усмотрению. То есть, произвольному, своекорыстному усмотрению неких общностей политических особей в исполнительной власти, занятых постановкой политического спектакля.
То, что позже “партия власти”, пользуясь своим подавляющим парламентским большинством, творит в процессе нормотворчества, принимая законы, выгодные только крупной бюрократии и аффилированному с ней сословию крупных собственников (в большинстве – родственников и соратников по бизнесу), либо законы на потребу высшего правительственного чиновничества, не обращая никакого (реально, а не в телевизионных “песнопениях во славу отечества”) внимания на “нужды и чаяния” населения – только следствие главного произвола. Хотя следствие тяжелейшее для социума: законотворчество – по частным, не жизненно важным поводам, внимание таким нормам в социуме и у законоприменителей оставляет насущные проблемы нации вне поля разумного контроля и управления. Естественно, произвол продолжается там, где нет четких законов и жестких санкций за их нарушение. Например, Госдума на дух не переносит тех, кто (даже внутри нее) требует ратифицировать п.20 Конвенции ООН по борьбе с коррупцией и привести в соответствии с ним уголовное и процессуальное законодательство по образцу “цивилизованных стран” (той же Германии или Франции, где даже бывших президентов прокуратура трясет как груши за смешные по российским меркам финансовые злоупотребления).
А ведь именно в этом нормативном акте – единственный ключ (цивилизованный, заметьте!) к изведению нашей гробовой национальной проказы – коррупции. Это уже не просто произвол – а злонамеренный произвол, превосходящий по следствиям самые тяжелые преступления против государства и личности. Именно из-за этого произвола партийной верхушки “Единой России”, направляемой и укрепляемой “командным центром” во главе с нынешним первочиновником и его ближайшим окружением, страна уверенно остается на уклоне, по которому скатывается к своему развалу и кончине из-за тотально поразившей государство и общество, теперь уже смертельно опасной проказы коррупции. Понятно, что творит все это этот “соборный” коллектив не по наущению Римского или Бильдербергского клубов, или самих марсиан, а исключительно из собственных шкурных (в прямом смысле – шкуру сдерут) интересов: “фишкой” технологии изведения коррупции по конвенции ООН является внесение в уголовный и процессуальный кодексы норм, по которым все “нажитое непосильным трудом” сверх полученных на службе денежных довольствий (включая и добросовестно обретенное) подлежит полной конфискации. Чего сейчас и близко нет в российском уголовном праве (эти нормы сразу были выдраны из УК СССР, РСФСР по приходу к власти “демократов” в 90-х). А под этот, претендующий стать тотальным для всей российской “элиты” процессе “стрижки наголо”, подходят почти без исключения все нынешние (и прошлые) законодатели и разнообразные “законоприменители”.
Будучи сами творцами и пользователями процесса тотальной российской коррупции, ко всему упомянутому выше, эти господа своим упорным нежеланием положить конец этому всероссийскому воровству, ко всем прочим своим общеуголовным составам добавляют еще и неоказание профессиональной помощи и оставление без таковой лиц, оказавшихся в опасности (в том числе и смертельной). Нет никаких сомнений, что квалифицированные следователи и судьи, которым предстоит разбираться с учиненным длящимся, целенаправленным произволом законодателей, найдут точные, юридически вполне корректные формулировки обвинительных заключений и приговоров.
И пока этот системообразующий коррупцию в России произвол российских законодателей будт продолжаться (обретая признаки длящегося преступления по целому ряду составов), вся их законотворческая деятельность гроша ломаного не стоит.
А без наиглавнейшего (и нерасстрельного!) средства борьбы с коррупцией – разорения коррупционера – работа российских правоохранителей любой интенсивности (сейчас местами она выглядит обнадеживающе) никаких значимых результатов не даст: клептократы готовы и срок получить и часть его комфортного отсидеть зная, что все их миллионы, сотни миллионов остались при них и перейдут их детям. Европейская практика как раз бьет (и весьма результативно – приворовывают вельможи сущую мелочь) по этому единственно по настояшему нестерпимо больному месту. Только реальная угроза быть дотла разоренным воспринимается серьезно крысиным племенем клептократов, которые только и наполняются ныне все сколько-нибудь денежные (“грибные” по старому советскому жаргону расхитителей соцсобственности) должности во всех сущих в России “ветвях” власти и управления. И только такая реальная перспектива лишиться всего накраденного на порядок уменьшит число домогающихся ныне государственных должностей с единственной вожделенной целью – утолять своекорыстные запросы (других у них нет по психотипу), злоупотребляя на все лады служебными полномочиями.
И это – единственно спасительный для нас путь (совершенно нежелательный нашим заклятым друзьям, вопящим ныне о российской коррупции), на котором собственным корыстным произволом как валуном улеглось правящее большинство Думы, правительтсвенные чины администрации Президента (во главе с ним самим, естественно).
Как мы уже упоминали, система российского произвола и процветающей на нем коррупции, подобно корневой системе дерева, ветвится, множится сверху вниз. А “вверху” (по крайней мере, формально) – правительство, МВД, ФСБ, Прокуратура, региональные правительства и парламенты. И, естественно, суды с их российской спецификой: “Сегодня суд – это парадно-демрократическая суперобложка власти, скрывающая под собой нарастающее экономическое и внеэкономическое насилие (произвол как таковой – прим. авт.)”. (Леонид Никитинский “Самый объединенный в мире”. “Новая газета”. 24.06.2013г.).
Произвол правительственных чинов и тех, кем они руководят в министерствах, заключается, прежде всего, в безбоязненных “откатах” при выделении бюджетных средств регионам, отраслям, национальным программам, за предоставление режимов наибольшего благоприятствования транснациональным корпорациям, естественным монополиям. При практически полном отсутствии интереса к развитию национальной экономики, проблемам социума. И полной безответственности за любые ошибки, провалы управления: Генерального прокурора, главу МВД, судей, членов правительства назначает президент и без его “отмашки” никто подступиться к правительственным клептократам не может. Даже бывших не трогают и те при всем своем украденном отправляются в зарубежье к своим замкам на лазурных берегах и живут там припеваючи с чадами и домочадцами. Эту нишу они обустраивают заранее, набивая ее краденным в процессе “управления страной”. Твердо зная, что законных возможностей отнять это у них нет. И за то, чтобы не допустить “произвол зверства” пусть и коррумпированных российских правоохранителей в свой адрес, все нынешнее сословие российских богатейших особей (одновременно – клептократов) будет стоять насмерть. Прекрасно понимая, что это давно противостоит неистовому воплю “дорогих россиян” с требованием прекратить произвол всероссийской коррупции. Оберегая этим высшим правительственным произволом произвол клептократии по всей стране.
Высший произвол, остановивший настоящую карательную (прежде всего против накраденного имущественную) практику правоохранителей против вконец оборозевших коррупционеров во всех иерархических уровнях госуправления, позволяет, во-первых, использовать правоохранителей для косметических кадровых чисток – и чтоб отбившихся от рук чинов убрать от должностей, и чтоб порадовать общественность публичными порками в высокохудожественном исполнении при неплохой режиссуре российскими СМИ. Во-вторых, позволяет правоохранителям и спецслужбам по своему выбору определять выгодных для потрошения коррупционеров в стопроцентно коррумпированном стаде российской “элиты”, состоящей из худшего человеческого материала социума. И худшей по низким человеческим качествам на всем евразийском пространстве. Аналоги им – только в государствах Африки.
При формально полностью присутствующим основаниям для привлечения к уголовной ответственности за должностные правонарушения или мошенничества, практически любого “элитарного” произвол правоохранителей заключается прежде всего в том (кроме случаев получения прямых взяток за определенные “правоохранительные” процедуры), что при обилии возбуждаемых по этим составам уголовных дел (число год от года действительно растет) в тюрьму попадает немного (вряд ли более 10% привлеченных к уголовной ответственности) да и то должностная “мелочь”. С остальных на разных стадиях “правоприменения” (оперативная работа, дознание, следствие, суд) берут плату и отпускают “стриженых” заниматься практически тем же. То есть, во-первых, проку по части борьбы с коррупцией и укреплению режима законности никакого. Возмещения вреда государству и обществу – тоже. Во-вторых, сами правоохранительные “органы” переродились в нечто очень близкое по содержанию деятельности к организованной преступности. А по “моральному облику” – так и вовсе почти неотличимы. Во всяком случае во мнении подавляющей части населения. В-третьих, эта “узаконенная” практика парвоохранительного гоп-стопа ныне наглухо блокирует развитие среднего бизнеса, оставляя возможности только крупному, связанному с чинами правоохранения и спецслужб.
Поощряя при этом и произвол теперь уже крупного бизнеса, который в России своими родственными “силовыми крышами” подавляет всякую нормальную рыночную конкуренцию (воспринимаемую в западной цивилизации как главный движущий механизм развития всей экономики).
И делает любую инвестиционную деятельность глоаздо более затратной и по деньгам, и по усилиям для одоления чиновных препон (которые на словах наши первочиновники уже раз десять извели под корень): “Раковая опухоль бюрократии делает российскую экономику совершенно неконкурентноспособной. Любой товар легче ввезти, чем произвести… Грубо говоря, если ты ввозишь зубную пасту, ты платишь взятку, только когда она пересекает границу, а если ты ее производишь, то платишь от начала и до конца”. (Юлия Латынина. “Почему падает рубль?”. “Новая газета”. 24.06.2013г.).
Правда, в схватках крупных правоохранительных чинов разных ведомств, участвующих в конфликтах и защите интересов предприятий семейного бизнеса, возникает немало весьма зрелищных ситуаций, когда прокуратура с помощью оперативников ФСБ “заворачивают ласты” генералам МВД, откусившим или раскрывшим рот на чужой кусок, принадлежащий людям покруче властью, статусом, дружескими или родственными связями.
Но даже множество таких эпизодов абсолютно ничего не меняет в общей картине правоприменительного произвола и его следствий.
И картина эта повторяется на каждом уровне иерархий правоохранительных структур и спецслужб за исключением того, что каждой ступенькой ниже на порядок возрастает число “крышующих” свой бизнес силовиков и мельчает масштаб этих индивидуальных бизнесов. Хотя совокупный размах (число “крышующих”, помноженное на число и масштаб собственных бизнес структур) приближается к 90% всей численности бизнессообщества.
Пока возможности реально приостановить этот произвол нет: множество случаев, опубликованных в СМИ о расследовании злоупотреблений в системе исправительных учреждений, в министерстве обороны, росагролизинга, МВД и множестве других государственных структур являются в подавляющем большинстве случаев проявлением межведомственной, внутриведомственной борьбы за прибыльные (с позиций возможностей коррупционного обогащения) места. И опять же на декриминализацию никак не мотивируют (красть, мздоимствовать по-прежнему целессобразно – ничего не отнимут) госслужащих, особенно высших уровней, где “цена” услуги самая высокая – на многие миллионы евро. Не красть, не мздоимствовать для этих – все равно, что умирать от жажды, купаясь в реке.
Над ордами творящих свой “правоохранительный” корыстный произвол силовиков в России нет даже хилого партийного контроля времен советской брежневской поры. И который есть в полный рост в Китае, заставляя специализированные правоохранительные ведомства чистить китайские парвоохранительные структуры от продуктов распада. И хоть говоят, что в Китае тоже высокая коррупция и коррупционный произвол, но он на порядок – по наносимому ущербу – меньше российского (сами китайцы определяют его в 8-10% от национального прибытка). Понятное дело, что китайские правоохранительные структуры полностью сохраняют и выполняют свои служебные функции, вполне прилично сдерживая произвол коррупционеров – чиновников, и организованной и прочей общеуголовной преступности.
Российские же правоохранители, являющиеся ныне сами одним из главных устроителей произволов с использованием законов и особых своих полномочий, трансформировались в нечто по своей природе непригодное к правоохранению: ни по качеству человеческого материала, из которого комплектуются, ни по “инструментарию” – нет на вооружении технологий финасового или физического изведения главных производителей произвола в стране – коррупционеров. Нет и мотивации для такой работы. Работает совсем другой “классовый” – мотив:
“Против “социально близких” трудно, почти невозможно возбудить уголовное дело. Осудить проворовавшегося чиновника, вконец озверевшего мента или давно потерявшего человеческий облик судью практически нереально. Но если вдруг чудо и случается – возникает ст.80 УК РФ, милости просим на свободу с чистой совестью”. (Ольга Романова. “Запасной выход из колонии”. “Новая газета”. 16.05.2013г.).
Посему российские законы реализуются только в случаях, когда правоохранителям и спецслужбам надо защитить свой семейный бизнес или в случаях, когда “строгое соблюдение закона” хорошо проплачено (расценки, как правило, устанавливают правоохранители). А это -тот же произвол правоприменения. Как о том у известного ученого и публициста: “Мы постоянно слышим про страшные 1990-е годы, но происходило ли в то время что-то похожее на Кущевскую? Нет. Да, были бандитские разборки, убийства предпринимателей и представителей власти. Но до определенного времени работники правоохранительных органов “по инерции” считали себя форпостом в борьбе против криминала. Страна принадлежала олигархам, милиция порой защищала их интересы, но ощущала, что она ближе к народу, чем к “новым русским”. В последнее время все изменилось. Силовики считают страну своей, а народ – средством пополнения своих кошельков. Я уже писал о том, что, согласно опросам, из России сегодня готовы уехать от 18 до 45% выпускников ВУЗов и лишь 1% правоохранителей”. (Владимир Иноземцев. “Лукавая безопасность”. “Известия”. 01.02.2011г.).
Приведенные оценки – одни из самых сдержанных и политкорректных, в изобилии бытующих в электронных и печатных российских СМИ.
Но даже нынешнее декоративное и потешное оживление в работе российских правоохранителей в пустопорожнем спектакле “борьба с коррупцией” (они с ней “борятся”, а она только крепчает и ширится), в процессе которой возбуждаются дела по десятку – другому известных коррумпированных персонажей, муссируются по каналам ТВ обыски, задержания, демонстрируются роскошные интерьеры, а после ничего опасного для коррупционеров не происходит, вызывает у самых первых вельмож истерику из-за покушения на их главную привилегию – коррупционных произвол: “Заявление первого вице-премьера Игоря Шувалова, одного из двух главных “Игорей Ивановичей” российской политики (наряду с Игорем Сеченым), о том, что борьба с коррупцией вышла “на уровень, который для нас самих опасен”, спровоцировало подозрение в том, что он, будучи одним из самых богатых представителей управленчечкой элиты, выгораживает сам себя. Да, у Шувалова в этом смысле есть личное отношение к чувствительной теме. Но, говоря об опасности, он явным образом имел угрозу российскому политическому классу (вернее, сброду, так как до политического класса сблрищам этих особей не дотянуть ни по одному параметру – прим. авт.) в целом и руководству страны в целом”. (Андрей Колесников. “Головокружение от перегибов”. “Новая газета”. 22.04.2013г.).
Понятное дело, что это мобилизующее клептократию воззвание одного из ведущих чиновников государства адресовано и генералитету спецслужб и правоохранительных органов: не слишком старайтесь – вы в нашей общей лодке. Что полностью соответствует действительности и хорошо осознается высщим командным составом силовиков: утрата привилегии на силовой произвол – утрата возможности обретения многомиллионных личных состояний теми, у кого их еще нет.
Тотальное снисходительное отношение к коррупционерам, казнокрадам у российских правоохранителей имеет и прочную основу ввиде корыстной личной заинтересованности: чем больше коррупционер высосал из общества и бюджета, тем больше у него можно будет взять в виде отступных за невозбуждение или прекращение уголовного дела, по множеству других поводов (хотя бы в виде регулярных выплат и услуг за “дружбу” с правоохранительным чином). Потому все должностные лица, кому законами запрещена бизнесдеятельнотсь, иные употребления своими служебных полномочий, начиная от депутатов парламента, чинов правительства, губернаторов, мэрий, заканчивая главами муниципальных образований и прочими мелкими чинами, повсеместно и многообразно, длительно (во весь период пребывания в должностях), часто, весьма изощренно и виртуозно, “конвертируют” свои должностные полномочия в любые виды лично-семейных бизнесов, реализацию затратных для бюджета и бессмысленных для населения проектов. В итоге любые национальные продукты делают у нас дороже в 4-5 раз (а то и в 10-12) любых среднестатистических мировых трат на аналогичные объекты, реально вкладываяв это средств за счет недопустимо низкого качества строительства во много раз меньше. Разворовывая, естественно, остальное. Которое приходится позже зачастую делить с правоохранителями, бдительно отслеживающими накопление финансового жирка вороватыми бизнес-кабанчиками и сопровождающими проекты коррумпированными вельможами.
Разновидностью подобного произвола являются немыслимые должностные оклады и премии топ-менеджеров даже тех коропораций, где 51% остается за государством. Произвол владельцев основных инфрастуктурных объектов, прочно связанных бизнесом или родством с поместной или столичной политической административной элитой, приводит к тому, что львиная доля любых прибылей в энергетике, добывающих отраслях, на транспорте идет на потребление и личные накопления владельцев и высших управленцев производственных структур, в том числе за счет откровенного произвола в недофинансировании оборудования для поддержания в рабочем состоянии, ликвидации фондов развития, недофинансирования безопасных условий труда и т.п. И, естественно, практически полного отсутствия финансирования научных исследований и проектных разработок новых технологий, оборудования и т.д.
А случись несчастье на производстве (а они случаются все чаще) – правоохранители в своей привычной произвольной манере отстригут свои денежные купоны с владельцев и отпустят их с миром, а посадят несколько инженеров и диспетчеров. И произвол от этого только врепнет и ширится. А остатки советской промышленности изнашиваются и стареют, и новых (модные “инновационные” поделки в штучных экземплярах никакого отношения к промышленному развитию не имеют), появиться не смогут – оборзевшие в своей ненасытной алчности “собственники” не поступятся (без угрозы расстрела) и долей процента своих личных прибылей. Разорение же этому племени российских “бизнесменов” не грозит – к их услугам стараниями и попечениями их родственников и подельников в правительствах “поддержка и помощь” бюджета и силовиков. И за эту привилегию за произвол чиновничества этот класс “собственников” – мошенников будет тоже биться изо всех своих денежно-имущественных сил (сами, естественно, в боях участвовать не будут, отсиживаясь на Мальдивах или еще где-то).

Comments are closed.