последние новости

Борьба за Дальний Восток

Борьба за Дальний Восток
ЕВРАЗИЯ

Доклад Игоря Шумейко на конференции Академии геополитических проблем …
Мой доклад посвящен важнейшему сегодня региону, мостику России в 21 век – Дальнему Востоку.

Сегодня самое известное высказывание американского политика о Сибири, это, конечно: «Несправедливо, что все богатства Сибири принадлежат только русским» – Мадлен Олбрайт. Но фокусировка моей книги другая: как бы не пришлось справедливой старушке высказываться еще раз: «Несправедливо, что все богатства Сибири принадлежат… китайцам».

В двух провинциях, прилегающих к границе на Дальнем Востоке, проживает 141 млн. китайцев. Россиян на Дальнем Востоке и Восточной Сибири – 6 млн. Что говорит история? – в нашем освоении Дальнего Востока – еще и зашифрованная современная ситуация, условия его сохранения…

В отношениях Россия-Китай никогда не было «задачи с двумя вращающимися телами». Как в астрономических расчетах орбит – всегда присутствовало «третье тело». А уж кто там «Солнце», кто «Земля», кто – кто? – распределят, соревнуясь, госпожа История с госпожой Пропагандой. Пока что, все 370 лет (период наших контактов) эти маски постоянно менялись.

Первым «Третьим телом» была Манчжурия. «Знаковое» совпадение: 1644, первая экспедиция России на Амур (Пояркова), и 1644 – манчжуры захватили Китай, создав династию Цин. Первые удачные походы (Хабарова) и первый провал, поражение на Корчеевской луке 1658. Нерчинский договор (1689), историческое письмо китайского императора Каньси Петру Первому подводят итог тому периоду: «Россия государство холодное и дальнее, если бы я послал свои войска, то все померзли бы, и хотя бы чем-либо завладел, то какая в том прибыль? А наша сторона жаркая, и если императорское величество пошлет против меня свои войска, то могут напрасно помереть, потому что к жару непривычны» (1720).

Далее «третьим телом» стала, назовём это: «НАТО 19 века». Англия и Франция, Опиумные войны, захват столиц. В современных терминах операция «Чай в обмен на опиум». Богдыхан бессильно наблюдает, как «натовцы» ставят по стране опиумокурильни, вывозят чай, шелк, фарфор. Потому Китай так рад новому появлению России на Амуре, на Тихом Океане. Сегодня нагнетатели паники сообщают: на некоторых китайских картах Дальний Восток (Приамурье и Приморье) изображены как китайские. Да, они такими были, пока в 1850-х годах Невельской и Муравьев вновь, как и Поярков с Хабаровым стали прибирать пустующий край к рукам. Явочным порядком, мирно. с Китай передал их России. Важнейший геополитический факт: НЕ после какой-либо войны. Не силой, но своей… нужностью Россия получает Приамурье, Приморье. Правители тысячелетнего Китая рассчитали, что конфигурация из трех тел будет устойчивой, и…

… и расчеты конфуцианских мудрецов блестяще оправдались в 20 веке. Новым «третьим телом» стала Япония, неутомимо с 1894 года кромсающая Китай. И Россия, даже проиграв Русско-Японскую, даже учинив у себя Гражданскую, остается на берегу Тихого Океана… Успевая прийти на помощь уже не богдыханову а маоцзедунову Китаю. Правда, то, что получили своей нужностью – можем потерять своей ненужностью, рассеянной никчемностью.

Мотивы «Великих географических открытий»

Что стало причиной экстраординарных движений, государственных усилий в «Великий XVI век», как его называл Маркс? Примерно в то время, когда Россия пошла на Урал и в Сибирь – Испания и Португалия столь же мощно раздвинули границы знаемого мира. Когда к этому движению подключились Голландия и Англия, Франция… Россия дошла уже и до Тихого Океана. «Парадокс», наше сознание, подсознание с въевшейся темой «Борьбы за существование», «социальным Дарвинизмом» подсказывает: новые средства существования, жизненные, продовольственные ресурсы. У них Мальтус, у нас Николай Алексеич Некрасов: «В мире есть Царь, этот Царь беспощаден. Голод – прозванье ему».

Возразить сложно, вспомнив принесенный Великими открытиями спасавший от голодной смерти картофель. И… «спасительницу» уже времен Хрущева – кукурузу. Миллионы распаханных гектаров Америки и Сибири: расширение пищевой базы. Но это некая аберрация, забегание следствий поперед причин! Европейские экспедиции снаряжались, если вспоминать точно: за Пряностями. Горизонт мира раздвинула: жажда имбиря и корицы. Перца, кориандра, гвоздики, мускатного ореха. Индия и Острова Пряностей (Молукские) были единственной целью. Васко да Гама, потеряв два из четырех кораблей, на своем, вернувшемся – разбогател. Подсчитано, 700% дохода… И экспедиция Магеллана, уже без него, окупила расходы на одном оставшемся из пяти кораблей.

Но… НЕ утоление Голода, наоборот, возбуждение аппетита (то есть, чувства голода) – функция пряностей. Европа со своими винами, оливковым маслом, луком-чесноком, уксусом, травами, фруктами… была «на устойчивом самообеспечении». Заморские пряности – некая «избыточность». И вычисленная доходность торговли Пряностями, 700-800%, косвенно говорит об «избыточности». Ведь имей кто-то 700% – на повседневных, «базовых» товарах, от которых зависит Голод/неГолод, у него бы через три года собрались бы все деньги Европы, и Экономика исчезла бы как таковая…

Некая инвариантность: первый мотив русского марша в Сибирь так же хорошо известен и чем-то подобен западному мотиву. Пушнина. Ведь и русско-европейские леса давали практически все необходимые меха (не считая овчины и шкур одомашненных животных): медведя, зайца, белки, бобра, лисы, рыси, хорька, куницы… даже горностая для королевских мантий. Но… в Сибири водился – Соболь.

Прогуливаясь с семьей в Зоопарке, я с совершенно особым чувством удивления, благодарности, умиления даже, останавливаюсь у клетки этого гибкого, подвижного красавца, оплатившего своей, блестящей, в атласных переливах шкуркой – российское освоение Сибири… Самая лучшая, темная шкурка, (на языке меховщиков: «головка», самая дорогая в мире), была у Баргузинского соболя. Сибирский нефтегаз, ГЭС, целлюлоза, алюминиевые гиганты, и завтрашняя (если припомнить рисуемые политологам картины мира и будущих важнейших ресурсов), четверть мировой пресной воды, Байкал… всё оказалось «довеском», дополнением, сюрпризом – для потомков удалых охотников за Соболем.

Нет. Картина нашей исторической памяти никогда не будет полной, а мы так и останемся инертными, неблагодарными обывателями, пока не поставим – Памятник Соболю. Зверок – геополитик.

Соболь водился и в Западной Сибири, но казаки, охотники, еще не исчерпав этого источника, двинулись дальше, за лучшим. А отчего ж это мех Баргузинского Соболя лучше? Зависимость простая, монументально-справедливая, как законы мироздания: чем дальше на Восток, тем климат суровей, зимы холодней, вот Мать-Природа и позаботилась приодеть своих детей. И не только приодеть, дать, запас жизненной энергии. В книге «Промысловые звери наших водоемов» Каверзнева, попался интересный факт: «По Московской таможенной оценке 1674года: Фунт бобровой струи украинского бобра: 1,5руб, сибирского: 4,5руб»

Другое дело, что главными потребителями мехов были китайцы, жители Среднего Востока, (само слово «шуба» происходит от «Джуба», города в Месопотамии), но о причудах Вкуса, погнавших, например, европейцев открывать мир в погоне за корицей и мускатным орехом уже сказано.

Обычные шкурки соболя стоили 1-2рубля, лучшие 20-30руб, но… это, повторю, был не обычный товар, а скорее – Произведение Искусства, и некоторые шкурки соболя доходили в цене до… 400, 500, и до 550(рекорд) тогдашних рублей! Произведение Искусства? Во-первых, есть знатоки, класс потребителей, отличавших 5рублевые, от 20, и от тех запредельных. Во-вторых, 550тогдашних рублей – сравнимо со стоимостью нынешних, сотбисораскрученных Пикассо, Матисса.

В 1650-е годы вывоз достигал 145.000собольих шкурок. Царская казна … в соболях, чернобурых лисах, горностаях оценивалась в 600.000руб, 33% тогдашних госдоходов. Историки, достаточно внимательные к фактуре жизни отмечали, что страна поднялась после Смутного Времени во многом благодаря этому новому источнику богатства.

Казаки шли облагать Ясаком коренные племена. Следом – русские охотники, «своеужинники», «складники», собравшиеся в артели, делившие добычу строго поровну. Они отдавали натурой – «десятинный сбор». Шкурки раскладывались по 40, старинная русская мера («сорок сороков»): «лутчие к лутчим, середние к середним, худые к худым». Таможенные целовальники переписывали меха, выдавали «отписи», остающиеся шкурки клеймились.

Истощение не заставило ждать. Коренные племена стреляли соболя из лука, русские охотники пришли с новыми орудиями: «кулёмы» (давящие капканы), «обмёты» (сети), добыча возросла в разы. К концу 17века ввели запрет на промысел соболя, а знаменитая «Златокипящая Мангазея» (Салехард) успела уже взлететь и впасть в запустение. В 1670-е годы половина пришедших в Сибирь возвращалась домой. Но…главный исторический результат: русская жизнь после «соболиной лихорадки» не прервалась. Медленно повышались в цене «несоболиная пушнина», рыба, морской зверь, «заморенный зуб» (моржовый клык). Переселенцы охотно верстались на военную службу, шли в купцы, хлебопашцы… и «пашенная» стезя сказалась и на географии дальнейшего нашего продвижения по Сибири – Дальнему Востоку, обусловила своеобразный географический феномен, на который так мало обращают внимания.

«Географически-Пушная Теорема»

И самый беглый взгляд на карту Сибири вам откроет простую истину: четыре главных сибирских реки Иртыш, Обь, Енисей, Лена протекали поперек нашего движения на Восток и только одна вдоль – Амур. Эти четыре назвать «преградами, препятствиями» – несколько поверхностно, правильнее: чаще водная преграда, чем водный путь. Вопрос: на какой широте, севернее или южнее преодолевать эти преграды? Полоса выбора: 2.000 километров, от Северного Ледовитого до линии степей, вотчины кочевников.

Из общих соображений кажется, что лучше бы – южнее. Ведь Северный Ледовитый Океан служить хоть какой-то коммуникацией начинает только сегодня, в век атомных ледоколов. Да и вообще, что значит «лучше бы»?! – ведь именно так и прошел Транссиб, позвоночник Сибири… Но весь фокус в том, что линия первого продвижения в Сибирь отнюдь не совпадала с трактом 19 века, а проходила гораздо, гораздо севернее. Напомним вехи:

В 1587 основан Тобольск, в 1604 Томск, в 1618 Якутск, в 1638 Охотск. То есть… Камчатки, Аляски, даже… Калифорнии достигли на 250(!) лет раньше, чем вышли на эту опорную ось нынешней России: Урал – Владивосток.

Высочайшая удельная стоимость: лучшие собольи шкурки много-много превосходили цену золота своего веса. Четверть, треть российского бюджета могли привезти, и 250лет привозили! несколько отрядов с вьючными лошадьми – по той северной охотничьей тропе Охотск-Якутск.

В чем обман «Политических карт»? На одних могучая Российская империя была закрашена тускло-зеленым, оливковым цветом: великая полоса, от Балтики, Черного моря тянущаяся к Тихому Океану. Иногда на врезках – прилагалась и карта Аляски, «Русской Америки». Иногда, цвет закрашивания вместо оливкового был розовый, верно для хроматической преемственности с будущим СССР. В чем же коварство и обман этого величественного рисунка? Речь здесь о картах Российской Империи (важная деталь) до 1860 года, до Пекинского договора, без Приамурья и Приморья.

Говорили, и справедливо, что Россия – не колониальная империя, вроде Испании, Португалии, Британии. Зримый образ: вот единая, связная, как живое тело, страна, половина Евразии. Сравните с рисунком той же Португальской или Голландской колониальных империй: там клочок, сям клочок, тут прибрежная полоска, тут точка города…

Тот обман единства и связности российского государственного тела и раскрывался беспристрастными физическими картами – на которых пунктиров госграниц, как правило нет (они же порой так подвижны, временны!), зато есть границы вечные, есть оттенки синего-голубого – глубины озер, морей, океанов, есть и незыблемые узоры коричневого цвета: горы.

Вся восточная часть страны, выход к океану через Охотское море, Камчатка, Аляска – были отрезаны от России: те самые горы, встретив которые река Лена поворачивала, под прямым углом. За Верхоянским хребтом, на студеном берегу и маячил одинокий Охотск. И уже далее, за Охотским морем, внушительно выглядевший Петропавловск-Камчатский, далее Аляска. Как там строили флот? Понятно, лес – местный, инструмент, гвозди, компасы, парусину все тащили на себе. А вот канаты приходилось в Якутске разрезать, а якоря – распиливать, из-за чего они сильно теряли в прочности – потому что «дорога» на Охотск, через Верхоянский хребет, Джугджур была – «санно-вьючной» тропой. 1261 километр (цифру привожу исходя из прокладываемой там в наши дни трассы), до Охотска доходило то, что можно навьючить на лошадок.

Далее. Главной мировой точкой сбыта мехов был Кантон (ныне Гонконг). И вслед за китобоями к русской Камчатке и Аляске пришли активные британские перекупщики, с предложениями (пока) – продавать меха на месте. 80-90% дохода доставалось британцам. Альтернативный, русский путь доставки русских аляскинских мехов: через Охотск, той же тропой до Якутска, и далее караванами до Кяхты – центра русско-китайской торговли. Цена в Кяхте – далеко вынесенном на север форпосте китайской торговли, существенно ниже, чем в Гонконге. Говоря в современной терминологии: CIF-Кяхта был много ниже CIF-Кантон. Но самое восхитительное – сроки. Тогдашний русский маршрут доставки русского меха в Китай занимал… 2 (два) года. Цифра и сама-то по себе позорная и оскорбительная, хуже какого-нибудь русофобского, «деКюстриновского» пасквиля, но еще ведь и меха в той дороге очень портились…

А ведь надвигалась Крымская война, и нашим тихоокеанским крепостям, разоряемым пока озорниками – американскими китобоями, предстояло встретить англо-французский военный флот. В общем, ту нашу ситуацию ничем кроме нашего же выражения не опишешь: Дальний Восток держался на соплях.

Вот в чем иллюзорность «единого государственного тела России» на внушительно-лживых политических картах. И вот за что кузен семи главных декабристов (считая и Муравьевых-Апостолов), Николай Николаевич Муравьев – получил титул «Графа Амурского».

Амур. Второе пришествие

Муравьев увидел ключ к российскому Дальнему Востоку: Амур. Спасительное открытие Невельского: Сахалин – все же остров, и, как следствие, Амур имеет судоходное устье (со времен Лаперуза считали, что Сахалин соединен с материком гигантскими песками, в которых теряется Амур).

Первым шагом освоения Приамурья стали военные экспедиции (сплавы) по Амуру генерал-губернатора Муравьева. Доставляли военное снаряжение и продовольствие. В Шилкинском Заводе была подготовлена флотилия: 75 барж, 4 плашкоутов, флагман: пароход «Аргунь», построенный на пожертвования купца Кузнецова.

«На второй день 3 часа пополудни вступили в воды Амура… Муравьев, зачерпнув в стакан воды амурской, поздравил всех…Торжественная минута, после двухвекового промежутка русские на Амуре!»

К концу 1855 в низовьях Амура пять русских поселений. Флотилия Муравьева пришла спасать наше дальневосточное побережье, в самый, как у нас водится, последний момент. Вскоре к Петропавловску-Камчатскому подошли соединенные эскадры Великобритании и Франции.

Войны. Императоры

Следы нашей «готовности» к Крымской войне (парадокс!) видны в популярных и ныне толках об Аляске. Что её вроде бы не продали американцам, а сдали на 99 лет в аренду. Даже политики «козыряют»: потребуем вернуть арендованную Аляску!

Нет, увы! – Аляска продана, «вчистую», НО откуда ж эти многолетние толки об аренде?! «Русско-Американская компания» увидела, что единственным шансом сохранить Русскую Аляску и была эта «фиктивная её аренда», на три года, как придет англо-французский флот – показать бумажку. Частная собственность!

Тридцать лет император Николай I с Нессельроде занимались Польшей, Венгрией, Священным Союзом, успешно собирая против России общеевропейскую коалицию. На фоне сей бурной дипломатической «работы» армия за 40 лет – (просто уникальный случай в истории) абсолютный ноль изменений! По вооружению и тактике просто «фотография» победоносной армии 1812 года.

Союзники, бывшие в 1812 (точка сравнения, как памятный «уровень 1913 года») практически равными по вооружению совершили скачок по трем главным направлениям: нарезные ружья, нарезная артиллерия, паровой флот.

Сначала маневренный период: в Крыму проиграли три сражения, но одно все ж выиграли. За их скорострельные нарезные ружья, пушки расплачивались кровью, по установившемуся повышенному коэффициенту потерь, но то еще – война, похожая на предыдущие, с какими-то шансами. Осада Севастополя, первый период – с ядрами против снарядов нарезной артиллерии, тоже расплата по повышенному коэффициенту, но и это еще привычная война: вылазки, отбитие штурмов. Артиллерийские дуэли, подвоз снарядов/ядер, замена выбывших орудий и расчетов. У нас: на волах, по грунтовым проселкам, дважды в год, весной и осенью просто выключавшимся от раскисания. У англичан по железной дороге (первая ж/д в Крыму – Балаклава-Севастополь).

Новая, бесконтактная (с нашей стороны!) война. Бомбардировки, с 24 августа, «союзники заставили умолкнуть артиллерию Малахова кургана и 2-го бастиона», гибнет 3 тысячи в день, при отсутствии возможности нанесения ответных потерь, примерно как у сербов и НАТО в 1999 году. Поэтому Горчаков оставляет Севастополь. «Первая Логистическая война»! Соревнование транспортных потоков, тонно-километров…

На Тихом океане можно отыскать единственного монарха, поддержавшего (посильным) делом нашего Николая Первого. Не знаю, смеяться или плакать вы будете, но этим единственным оказался… король Гавайских островов Камехамеха Третий! Конечно, вождей островных племен Таити, Фиджи, Папуа, Гавайев именовали «королями» с некой долей иронии, но, как сказал один известный политик через сто лет после описываемый событий: «Других королей у меня для вас нет!»

Но даже тень возможного снобизма покинет читателя: в письме марта 1854 года, король Камехамеха Третий предупредил нашего губернатора, что располагает достоверными сведениями о возможном нападении летом на Петропавловск англичан и французов. При тогдашнем уровне транспорта-связи это была действительно очень ценная информация!

16 пушек и 350 солдат (амурский сплав Муравьева) оказалось достаточно для отбития первого штурма Петропавловска. В мае 1855 года англо-французский флот пришел вновь, в удвоенном составе… Но Петропавловск был пуст. Все имущество, оставшиеся пушки, люди были погружены на суда и вывезены… Куда? И в очередной раз прошу взглянуть на карту. Велик Тихий океан, а отступать – некуда! Русская Аляска прикрыта бумажкой, договором о псевдо-аренде, весь азиатский берег: ледяная пустыня. Эвакуированные люди погибнут и безо английских десантов. Разве вот – на Гавайские острова… в залив Пёрл-Харбор… к единственному «союзнику» Камехамехе Третьему!? И опять сказалось открытие Невельского: устье Амура! Отрицаемое учеными как факт еще несколько лет тому назад, оно и приняло суда с эвакуированным гарнизоном Петропавловска.

«Второй Логистической» правомерно назвать Русско-Японскую войну. В уравнениях сумм весов выбрасываемых снарядов – обе части выросли неимоверно, и теперь ситуацию могла спасти только железная дорога. Граф Витте и успел построить её за пять месяцев до начала войны. 1 июля 1903 года запустив Транссиб, еще без «Кругобайкалки», переправляя поезда через Байкал (а зимой пуская рельсы по байкальскому льду), в тот же, день в день в режиме «проверки пропускной способности» начали переброску войск на Дальний Восток. Армейский корпус, 30.000 чел. перевозили за 1 месяц. Без спасительной нити Транссиба – Владивосток, как и Порт-Артур, превратился бы в Севастополь 50-летней давности. Великая заслуга Витте: Россия осталась на Дальнем Востоке. Проведите блиц-опрос: из 100 человек, знающих про кличку Витте «Граф Полу-Сахалинский» – сколько будет в курсе, что еще в мае военный совет просил императора Николая II заключить мир, а 16 июля 1905, с боями (стоившими японцам 70 убитых) был сдан весь Сахалин? Так что Витте, заключив 5 сентября Портсмутский мир, фактически, отвоевал пол-Сахалина. Черная неблагодарность.

Сегодня…

Некий установившийся в Москве «Коэффициент Комфортной Жизни» оценивает регионы в виде дроби. Числитель – конвертируемые природные богатства. Знаменатель – проблемы этого региона, население, трудности снабжения, отношения с геополитическими соседями… Интерес к любому региону прямо пропорционален величине этого ККЖ, а идеальная территория России выглядела бы в пределе – напоминающей очертаниями Республику Чили: столь же вытянутая от месторождений, вдоль трасс нефте/газопроводов, мимо «дотационных регионов» – к границам стран-покупателей… Понимают: без сибирского нефтегаза, многие успешные политики, политологи, аналитики, маркетологи, оказались бы в той же Молдавии, с лопатами и метлами в руках.

Территории всегда тянутся к побережьям и гипотетическое отпадение Дальнего Востока запустило бы процесс некой «географической гангрены», последовательного отслоения регионов до Урала…

Восточная Азия-Европа, это главный транспортный маршрут современности и обозримого будущего. Стоимость товарооборота в 2000 г. – $237,9 млрд. Сейчас «на маршруте» работают преимущественно суда, шествующие через Индийский Океан и Суэцкий канал, оставляя наш «хартленд»-овский Транссиб где-то с 5% объема перевозок. Первая идея: проложить еще километров 400-600 нашей, российской колеи, от Бреста до европейских терминалов и… заняться же, наконец, делом!

Comments are closed.